После успешного завершения дел, о которых повествует новелла «Загадка обнаженной натуры», к доктору Пeтровичу обращается департамент здравоохранения. Он обеспокоен обстоятельствами смерти своего высокопоставленного сотрудника и просит главного героя разобраться, не могла ли быть ее причиной профессиональная деятельность покойного, который отвечал за государственные закупки лекарств? Но на поверхность расследования всплывают интимные и даже школьные связи чиновника, а также внезапно проснувшаяся в нем страсть к азартным играм. Не толкнул ли его на самоубийство комплекс неудачника, или этим воспользовались дальновидные преступники?
– Как я рад, что мы все опять вместе! – Шнайдер поднял рюмку шнапса и чокнулся с друзьями. – Давайте, по традиции, закажем рульку. Все обсудим, и я уеду вечерним поездом. Мне же теперь негде останавливаться, – и он лукаво посмотрел на аудитора.
– Шнайдер, – сделав глоток и закусив его хлебцем с чесноком, – сказал Пeтрович, – сколько лет я вас знаю, и не перестаю удивляться вашему профессиональному цинизму. Каждый раз нас сводит вместе очередное убийство. Чему тут радоваться?
– Доктор, – возразил Влад, – вы не правы. Как показывает наша личная с вами статистика, мы ни разу не давали преступникам ни единого шанса ускользнуть от правосудия. Это значит, что общество, наши сограждане, могут надеяться на нас. Это и есть повод для радости.
– Влад, – покачал головой сыщик, – не хотел тебе этого говорить, но ты только что сглазил. Я не уверен, что мы сможем раскрыть это убийство. Боюсь, что твой отдел получил очередной
– Но я могу отследить их покупку по кредитным картам. Любляна уже озадачила этим Милену.
– А если билеты покупались за наличные? И не в транспортном агентстве, а на вокзале? Ты уже начал опрашивать кассирш?
– Мои ребята сейчас только этим и заняты.
– Ну и как? Много билетов было приобретено за наличные?
– Шеф, – Влад так обращался к сыщику по старой привычке, – к сожалению, ваши сомнения небеспочвенны. Большинство билетов второго класса были приобретены на кредитные карты. А в интересующий нас первый класс все билеты были приобретены за наличные.
– Вот видишь, – Шнайдер допил свою рюмку. – Так что тебе остается надеяться только на интуицию и фарт нашего друга. Что он раскопает какой-нибудь компромат. Но, на всякий случай, размести фотографию убитого в вечерней газете. Вдруг кто-нибудь его признает.
Пeтрович слушал друзей не очень внимательно, поскольку в его голове все время крутилась вереница событий, которые и свели его с друзьями в их кафе.
В конце лета они с Элизой стали обсуждать поездку на Рождество домой. Эта поездка была не просто ностальгией, но и вполне практической. Элиза наконец решилась подать на развод. Она все лето переписывалась с нотариусом, как ей это лучше сделать. Они с Пeтровичем боялись, что муж Элизы начнет или ее шантажировать, или требовать свою долю от продажи драгоценностей. Их немного успокоил нотариус: «Фройляйн Консилиа, ваша мама умерла до вашего замужества. Так что вы вступили во владение домом вне брака. И найденные в доме драгоценности не являются совместным имуществом. Конечно, ваш муж может попытаться подтвердить свои права в суде. Поэтому вполне возможно, что вам придется искать какой-то компромисс.»
Взвесив все шансы, Пeтрович сказал Элизе: «Положись на меня.» И она написала письмо мужу с просьбой о разводе и отправила его нотариусу, который должен был переслать письмо на адрес банка. Пусть банк сам переадресует его в Восточную Европу, сказал тогда Пeтрович.
К их удивлению, нотариус достаточно быстро получил ответное письмо. Он переслал его на Карибы. Тогда Элиза и узнала, что племянница бросила ее мужа и уехала в Америку. Муж выразил готовность обсудить этот вопрос, он так и написал «обсудить», из чего Пeтрович с Элизой поняли, что он будет торговаться. Мюллер предложил встретиться в начале декабря, когда он поедет в банк с рекомендациями о расширении офиса в Восточной Европе. «В начале декабря, так в начале, – сказала Элиза, – поедем в горы пораньше, до каникул, когда там будет не так много народа. И ты спокойно покатаешь Лео на санках. А Рождество встретим в городе. Сходим в оперу. Попьем пунша.»
Они уже сидели на чемоданах, как Пeтровичу пришло сообщение от братьев Клемен: «ДОКТОР, МЫ ЗНАЕМ О ВАШИХ ПЛАНАХ ПРИЕХАТЬ НА РОЖДЕСТВО. НО НЕ МОГЛИ БЫ ВЫ ПРИЕХАТЬ НА ДВЕ НЕДЕЛИ ПОРАНЬШЕ? ВОЗНИКЛА НЕОБХОДИМОСТЬ В ВАШЕМ УЧАСТИИ.»
Так тому и быть. Нотариус был так любезен, что нанял доверенную горничную и отдал ей ключи от дома Элизы, чтобы подготовить его к приезду хозяйки. Правда, Элизу одолевали сомнения: «Милый, если честно, то мне совсем не хочется селиться в том доме. Его надо продавать. Может, я устроюсь с Лео у тебя, в тетиной комнате? Правда, при условии, что в гостиной ты курить не будешь.» И Пeтрович позвонил фрау Кламмер с просьбой подготовить к их приезду и его дом.
Братья Клемен встретили его очень радушно и сразу перешли к делу:
