Для судна предложили десятки новых названий. Все-таки «Морская сцена» – не самое подходящее прозвище для ковчега, где беспрецедентное содружество ученых станет изучать объект, способный навсегда изменить человеческую историю. Среди прочих обсуждали «Объединенную Землю», «Мир человечеству», «Дух человечества» и «Вавилонскую башню». Но в конце концов большинством голосов победил «Коперник», в честь человека, который, как считали очень многие, возвестил о современной науке своей революционной еретической теорией: отказал Земле в праве быть центром Вселенной. Мало того что Земля не была центром Вселенной, подлетающее космическое судно одним махом разрушило представления о Земле как центре жизни во Вселенной или хотя бы жизни разумной.
«Коперник» поплывет под флагом Объединенных Наций. Эта организация во многих смыслах безнадежно прогнила, она служит общественным форумом для стран с идеологией ненависти и нетерпимости. Некогда величественная структура теперь позволяет странам, которые отказываются соблюдать права человека, возглавлять комиссии по этим правам и нападать на своих политических противников, у которых права человека блюдут намного лучше. Но даже самые ярые критики ООН выражали надежду, что нынешние усилия помогут как минимум восстановить былое сотрудничество между народами.
Итак, планы были разработаны, делегаты – выбраны. «Морская сцена», ныне – «Коперник», будет отправлена в международные воды, неподалеку от побережья Анголы, но достаточно близко к Намибии, Ботсване и ЮАР, чтобы их порты и аэродромы можно было использовать для отправки делегатов на судно.
Огромное океанское судно ползло по волнам к месту своего назначения со скоростью двадцать миль в час, не желая опоздать на встречу с космическим судном, которое с неразгаданной целью пролетело триллионы миль.
Инопланетный корабль может поменять курс. Возможно, его не удастся найти или извлечь.
Но если он прилетит, мир будет наготове.
Полковник Моррис Джейкобсон бросил последний взгляд на воды Потомака и повернулся к подъехавшему длинному черному лимузину с тонированными стеклами. Взглянул на часы. Пунктуален, как всегда.
Дверь отворилась, и полковник залез внутрь, погрузившись в кокон роскоши. Внутри сидел и потягивал виски его начальник, Эндрю Даттон. Официально должность Даттона в министерстве обороны называлась «старший гражданский советник по силам специальных операций, борьбе с терроризмом, иррегулярными формированиями и наркотиками». Но неофициально, за кадром, этот человек значил намного больше. В правительстве были и другие должности с причудливыми названиями, военные и гражданские, стоявшие – теоретически – уровнем выше, но ни у кого не было такой власти или такого доступа к уху президента, как у Эндрю Даттона.
Джейк протянул руку, но шеф лишь презрительно посмотрел на него.
– Полковник, не будем тратить время и ходить кругами, – вместо приветствия произнес он. – Я прочел ваш отчет. Что за хрень у вас там творится? Вы потеряли ее еще до того, как я узнал, что вы ее взяли! Что это было за дерьмо?
Джейк встретил напряженный взгляд босса.
– Признаю, это был не мой звездный час. Но вам лучше других известно, что я работаю независимо и сам определяю характер игры. Вы сами настаивали именно на таком уровне автономности. Как только мы с вами соглашаемся о направлении голевой зоны, я вывожу команду на поле и сам отвечаю за нее.
– Если я услышу в этом городе еще хоть одну гребаную футбольную метафору, Богом клянусь, я пойду блевать.
– Суть от этого не меняется, – заметил Джейк.
– Тогда давайте проясним ситуацию раз и навсегда, – отрезал Даттон. – С этой минуты я хочу без задержек узнавать любую полезную информацию – любую! – которую вам удастся получить об «Икаре». И если у вас окажется Кира Миллер, я хочу знать об этом вчера. Вам ясно?
– Ясно.
– И я хочу увидеть все ее записи, – раздраженно продолжил шеф, покачав головой. – Все, что вы смогли записать за то недолгое время, на которое вас хватило.
– Записей нет.
– Вы что, не снимали ее? – потрясенно выкрикнул Даттон.
– К сожалению, нет, – солгал Джейк.
Он мысленно проклинал себя за слишком откровенный разговор с Кирой. Он признался, что принял капсулу, и описал, как она подействовала. Не те сведения, которыми хочется делиться, особенно с Эндрю Даттоном.
– Я всегда думал, что вы отлично справляетесь со своей работой, – сказал шеф. – Но, похоже, мне придется изменить свое мнение. Как можно быть настолько некомпетентным и не снимать ее на видео?
Джейк стоял на своем.
– Это была короткая беседа, не допрос. Само собой, мы собирались записывать допрос с первой же секунды. Но до того мне хотелось пару минут поговорить с ней наедине. Прочувствовать ее. Понять, на что она похожа вживую.
– На что похожа она? Или ее сиськи?
– Пока я был с ней, она была полностью одета.
– Парни у вашего кабинета видели совсем другое. По их словам, девушка утверждала, что вы пытались прочувствовать ее как следует – своим шлангом.
