В то же время, хищник на берегу издал ряд щелкающих и цокающих звуков, наверняка что-то говоря на своем странном языке. Невольно, я обернулась на него, отметив, что его когтистая ладонь прижата к ране на боку, и когда он на секунду отнял руку, я отметила, что она была покрыта зеленым.
Что мне делать? Проигнорировать это? Попытаться сбежать, когда он отвлечется снова? Я мешкала, не зная, как поступить. Но совестливость взяла верх, тем более, не знаю, вдруг он рассвирепеет, если я решу убежать.
Я подошла к нему, осторожно присев рядом на колени, и, смиренно заглядывая в прорези для глаз на маске, тихо спросила:
- Я могу помочь тебе чем-то?
Киан’дэ – так его звали – склонил набок голову, дреды упали на плечи. Он словно изучающе смотрел мне в лицо, не отнимая руки от своей раны, и наконец под маской защелкали жвалы. Облик хищников для меня не нов, я не единожды видела эти чудовищные морды, наполовину от насекомых, наполовину от рептилий.
Даже поразительно, что к столь прекрасным мужским телам так грубо приделаны подобные чудовищные лица. Что там, лицами их язык не повернется назвать.
Мне даже нравилось, что пока мой спутник не снимает маску. Так у меня остается какая-то иллюзия, что под ней кроется не эта противная рожа.
Он снова издал ряд цокающих и щелкающих звуков, значение которых мне было неясно. Наконец, он мягко отстранил меня в сторону второй рукой, не испачканной в крови, и так я поняла, что мне не стоит лезть к нему со своей помощью.
Но ведь что-то же я могу сделать?
Я решила снова спуститься к воде. Прошлепала по сырому песку пополам с илом и склонилась над прозрачной гладью, сложила ладошки лодочкой, привычно опустила их к зеркальной поверхности...
Вдруг хищник издал предостерегающий громкий посвист, такой неожиданный, что я даже выпрямилась. И в ту же секунду что-то прямо передо мной мелькнуло, такое быстрое, такое стремительное, что я только чудом сумела увернуться.
Чудом? Или это мой внимательный спутник спас меня, когда отвлек своим свистом?
Передо мной прямо из воды вырастала гигантская черная тварь. Вся лаковая, гладкая, ужасная. Похожая на насекомое и не похожая ни на что на этой планете.
Она высилась надо мной, и с челюстей с мелкими острейшими зубами текла слюна. Прошла секунда, а мне показалось, что наш с тварью контакт длился целую вечность. Она разверзла свою пасть и бросилась вперед, прямо на меня, а я всё стояла на месте, ожидая, когда мою плоть просто разорвут пополам...
Вдруг до моих ушей донесся яростный рык, столь свирепый, что мурашки по спине пробежали. Я ощутила движение воздуха и увидела, как Киан’дэ бросился навстречу твари, бесстрашно сшибаясь с ней и двигая её плечом. Тварь упала в воду, взмахнула мощными ногами и тут же снова встала, хлеща по воде длинным суставчатым хвостом. Узкая зубастая морда ощерилась, и тварь издала пронзительный визг. Киан’дэ ответил ей горловым рыком и снял с пояса длинный кнут, разворачивая его и роняя конец в воду.
Я стояла чуть сбоку, не веря, что всё это происходит прямо на моих глазах. Киан’дэ вытянул руку и толкнул меня за свою спину, не отрывая глаз от твари, а та в свою очередь следила за мной, будто я была для неё лакомством, которым ей помешали насладиться.
Я ступала назад, назад, сжимаясь и с надеждой глядя на напряженную спину хищника. Помоги ему, Господи! Что мне делать, если он проиграет твари?
Неожиданно я поймала себя на мысли, что не хотела бы, чтобы тварь просто причиняла ему вред. Но обдумывать это не было времени. Я отошла на безопасное расстояние, наблюдая за тем, как тварь кружит вокруг хищника, а тот даже не оборачивается к ней.
И вот, зайдя с его спины, черная гадина вдруг делает стремительный бросок... в мою сторону. Но хищник был наготове. Он хлестнул кнутом, резко оборачивая его вокруг шеи инопланетного монстра, и рывками начал тянуть кнут на себя, упираясь ногами в илистое дно и тормозя тварь. А та рвалась ко мне со своего неожиданного поводка, брызжа слюной и оглушающе визжа.
Ух, сильна! Киан’дэ с трудом справлялся с ней. Он на секунду ослабил хватку, чтобы взять в руку клинок-крюк из-за спины. Тварь махнула опасным хвостом, Киан’дэ поднырнул под него, уклонился от удара и атаковал, срубая обе тонкие передние лапы черной гадины.
На песок выплеснулась светлая жидкость, и прибрежная осока тут же начала шипеть. Скукожилась. Что это? Кислота?
Тварь бросилась на Киан’дэ, а он сыпал на нее ударами. Оба инопланетянина точно танцевали в воде, то исчезая за высокими брызгами, то вновь появляясь, и на какой-то момент мне показалось, что тварь может победить. Но я ошибалась. Киан’дэ резко и неуловимо быстро проткнул одним лезвием грудь твари, а вторым несколько раз ударил прямо по морде, снося с первого удара челюсть, а со второго раскраивая удлиненный череп.
