— Даю вам одну минуту. Вот и все. Заключи сделку, или я убью его. — Она держала длинный кинжал над грудью Каррига и смотрела на старинные часы на столике возле кровати.
И это была ее ошибка.
Одна минута. Так много всего может измениться за один миг. Я могу потерять отца, которого только недавно узнала. Мистический мир может потерять одного из величайших Стражей в своей истории. Дейдра могла потерять единственного отца, которого она когда-либо знала. И свою мать, поскольку Шинед умрет вместе с ним. Так мало времени, чтобы потерять так много.
Одна минута.
Глава 20
Решение Рут Энн убрать руку Лорелл с шеи Каррига выше его груди дало мне лучшую возможность ударить ее.
Я отдернула руку, и блестящий белый шар закружился у меня на ладони.
— Нет, ты ударишь Каррига, — прошипел Бастьен, хватая меня за руку и заставляя шар выскользнуть из моей руки.
Он ударился о пол, и лед побежал по деревянным доскам.
Лицо Рут Энн исказилось от гнева. Гортанное рычание сорвалось с ее губ, и она вонзила кинжал в грудь Каррига.
НЕТ!
Между ладонями Бастьена зажглось электричество, и он выпустил заряд. Мощная струя ударила в тело Лорелл, и оно рухнуло на землю. Темный, дымный дух Рут Энн вырвался из Лорелл и бешено закружился по комнате, сбивая вещи со стола и врезаясь в двух охранников. Она сбила Бастьена на пол.
Мои глаза следовали за ее духом, ожидая идеального момента, когда она пересечет дорогу передо мной, а затем я выстрелила в нее своим ледяным шаром. Туманная фигура замерла в воздухе и упала, разбившись о землю тысячами мелких осколков.
Я бросилась к Карригу. Его кровь просочилась сквозь покрывавшую простыню.
— Нет, нет, нет. Карриг! Кто-нибудь, помогите ему. — Мои умоляющие крики были почти бессвязны.
Двое целителей, пожилая женщина и молодой человек, подошли к нему.
— Уберите ее, — сказал мужчина, отталкивая меня в сторону и принимаясь за Каррига.
Бастьен обнял меня, и я отпрянула от него.
Образ целителей, работающих над Карригом, расплылся от слез, хлынувших из моих глаз.
— Пожалуйста. Вы должны спасти его. Пожалуйста. Пожалуйста.
Женщина перевела взгляд на голограмму.
— Он слишком слаб. Связь с женой истощает его силы. Они оба умрут.
— Нет, — вырвалось у меня болезненным стоном. Бастьен снова потянулся ко мне, но я отмахнулась.
— Мы должны снять эту связь, — сказал мужчина, — или потеряем их обоих. Если мы ее сломаем, у него будет шанс выжить.
Я опустила голову. Кошмар не кончался. Я потеряю его. Потеряю Шинед. Боль была слишком сильной.
— Джиа, ты его дочь. — Голос королевы Титании на голограмме звучал неровно. — Мы должны спасти одного из них. Ты согласна? Это твой выбор.
Я знала, что будет означать мой ответ. Что, выбрав одно, я потеряю другого. Но я не могла позволить им обоим умереть. Одна жизнь. Но какой была бы эта жизнь без другого?
Ты потеряешь обоих. Разум прорвался сквозь мои иррациональные мысли. Ты можешь спасти одного.
— Снимите оковы, — твердо и уверенно сказала я.
Королева Титания кивнула женщине-фейри в белой куртке и строго посмотрела на нее. Женщина ввела Шинед длинный шприц, в котором была серебряная жидкость. Я смотрела, как жидкость проникает в руку Шинед. Мне хотелось обнять ее. Сказать ей, что я люблю ее и сожалею о случившемся.
— Она ушла, — сказала женщина и скрылась из виду.
Я рухнула на землю, причитая. Бастьен схватил меня в объятия прежде, чем я упала на пол. С каждым всхлипом боль разрывала мою грудь.
Дейдра. О, Дейдра. Это будет для нее ударом. Шинед была ее матерью. Они очень любили друг друга. У меня никогда не было отношений с матерью, и я с завистью наблюдала за их отношениями.
Я вытерла глаза рукавом. Слезы продолжали литься, а боль в груди становилась все острее.
Джалликанская девушка слегка наклонила голову, направляясь к выходу.
— Я искренне сожалею о вашей утрате. Я бы хотела… — она откашлялась. — Жаль, что мы не смогли ее остановить. — Я знала ее. Она стояла за прилавком в подвальной гостиной Асила, когда мы с Ариком отправились практиковать мою сферу.
Поскольку я просто смотрела на нее и не могла говорить от переполнявших меня эмоций, Бастьен ответил за меня.
— Спасибо. Здесь никто не виноват. Мы все старались изо всех сил.
Никто не виноват? Как будто черный туман навис надо мной. Голоса вокруг меня были приглушены, а тела искажены слезами, застилающими мое зрение.
Она кивнула и последовала за другим охранником наружу.
— Он поправляется, — сказала пожилая женщина, проверяя жизненные показатели Каррига с помощью какой-то прозрачной таблетки. — Кинжал не попал в сердце. Я верю, что он выкарабкается.
Мужчина рядом с ней повернулся к нам.
— Мы должны действовать. Я пришлю за тобой, как только закончим. Пожалуйста, оставьте нас.
Мы повернулись, чтобы уйти, и комната словно закружилась. Бастьен обнял меня, помогая выйти.
Никто не виноват? Эти слова ужалили. Но винить было некого. Я оттолкнула Бастьена от себя.
— Это ты виноват! — Слова прозвучали гортанно, царапая мое горло. — Ты остановил меня. Я могла бы ударить ее своим шаром, но ты остановил меня.
Бастьен выглядел так, словно мои слова ударили его.
