— Да, ваше величество? Мне придётся объяснять снова… — Я заметил, что он сделал паузу, подразумевая, что королева не поняла его прежних, явно многочисленных попыток растолковать ненадёжное военное положение Дарома. — …сложности, связанные с нашим соседством с Забаном?
— Нет-нет, — сказала она с улыбкой. — Я сочла более чем достаточными ваши объяснения на тему многочисленных доблестных миссий на границе и множества, множества опасностей, с которыми вы лично столкнулись.
Собравшиеся неожиданно разразились смехом.
«Милый ход, малышка», — подумал я.
— Нет, генерал Леонидас, — продолжала королева. — У меня простой вопрос: в какой-либо момент вашей… встречи со служанкой Тасией вам грозила опасность быть ею побеждённым?
— Побеждённым? — переспросил генерал. — Служанкой?
— Да. Была ли она необычайно грозным бойцом? Она представляла собой реальную угрозу вашей жизни?
Леонидас выглядел так, словно его только что заставили съесть лягушку.
— Я… То есть, ваше величество, не мне подвергать сомнению толкование магистратом того, что…
— Будет вам, генерал, вопрос достаточно простой: вам, с вашей военной тактикой и опытом, с вашим таким впечатляющим мечом и легендарным боевым мастерством, угрожала опасность быть побеждённым истеричной судомойкой с кухонным ножом?
Генерал осознал, что на него отовсюду устремлены глаза старших по положению, равных по положению и, что хуже всего, его подчинённых. Все задавались одним и тем же вопросом: может, Леонидас, не совсем тот человек, каким всегда пытался казаться?
— Никогда! — объявил он так громко, что я не сомневался: будь рядом с ним стол, он бы грохнул по нему кулаком. — Я возглавлял сотню схваток. Я убивал Забанскую Элиту голыми руками. Даже если бы это жеманное создание было вооружено всеми требушетами и пушками Дарома, она бы всё равно не…
— Прекрасно, генерал, — сказала королева.
Она изобразила задумчивое выражение лица, прежде чем вздохнуть и откинуться в кресле.
— Что ж, тогда я в замешательстве. Если служанка никогда не представляла для вас угрозы и мы ни в коем случае не воюем, почему же её обвинили в измене?
— Вашему величеству следовало бы задать эти вопросы своему магистрату, — ощетинившись, сказал Леонидас. Он уже начал поворачиваться, чтобы покинуть шатёр — без сомнения, впечатляюще топая при этом ногами.
— И вы считаете, что мне к лицу было бы тратить время на подобные расспросы, генерал? — спросила королева, заставив его застыть на месте.
В конце концов Леонидас понял, что проиграл этот раунд.
— Нет, ваше величество, — ответил он, снова поворачиваясь к ней. На сей раз он поклонился. — На самом деле я посоветовал бы вам тут же забыть этот случай, чтобы мы могли вернуться к обсуждению необходимости увеличения численности войск вдоль северной границы.
Королева глубокомысленно кивнула.
— Вы совершенно правы, генерал. Как я и подозревала, дело слишком мелкое, чтобы я уделяла ему внимание. Вопрос закрыт.
Мариадна начала было протестовать, но граф Мартиус схватил её за запястье.
— Подождите, — сказал он.
Королева показала на одного из своих маршалов, худощавую женщину, осматривавшую шатёр так, будто она составляла список всех, кто сегодня выказал неуважение к её правительнице.
— Лириус, вы получите приказ о прекращении дела за моей подписью. Наказание служанке Тасии будет смягчено до одного года лишения свободы за — как бы это выразиться? — за причинение страданий господину генералу Леонидасу в трудные времена.
Маршал кивнула и вышла. У Леонидаса был взбешённый вид. Я подумал, что королева зашла с ним дальше необходимого, но выяснилось, что он ещё не до конца сдался.
— Судя по вашему описанию ситуации, ваше величество, — начал он, — должен ли я предположить, что вы не считаете нужным предоставить мне дополнительные силы, которые я просил для обеспечения безопасности границы?
— И дополнительные деньги, — рассеянно добавила королева.
— Ваше величество?
— Вы забыли о дополнительных деньгах, которые просили. Что ж. Они немалые. О, с таким множеством солдат под командованием и с такими богатствами в распоряжении нет пределов тому, чего вы могли бы достичь.
— Я хочу лишь защитить народ Дарома от опасностей, созданных другими.
Взгляд королевы был холоден как лёд.
— Вы сообщаете мне, генерал Леонидас, что сейчас, несмотря на ваше командование, границы ненадёжны?
— Я… Нет, ваше величество. Простите за неудачный выбор слов.
Она пожала плечами — странный жест для королевы.
— Раз уж вы просите, я прощаю вам неудачный выбор слов. Кажется, в последнее время я очень часто прощаю.
Её глаза и вправду всего на секунду встретились с моими?
— В любом случае, генерал Леонидас, должна признаться — меня начинает тревожить ваш неудачный выбор… и слов, и других вещёй.
Она поднялась с кресла.
Клянусь, Леонидас выглядел так, будто ему действительно грозила опасность съёжиться перед девочкой втрое меньше его. Впрочем, королева скоро смягчилась.
