Это оказалось не такой уж популярной шуткой. Похоже, здешние люди подмечали всё каждый раз, когда королева решала удостоить кого-то аудиенции. В промежутках между её беседами знать вела между собой счёт, чья звезда поднимается, а чья заходит. Я не питал иллюзий насчёт собственной звезды, поскольку королева явно забыла даже меня отпустить. Я улизнул так вежливо, как только мог, что, судя по фырканью и преследовавшим меня взглядам исподтишка, не очень-то мне удалось.
– Теперь вы можете дышать, мастер картёжник. Топор вас сегодня миновал.
Я обернулся и увидел невысокого человека в скромной придворной одежде, состоящей из хорошо скроенной, если не сказать стильной, бежевой рубашки и штанов под белым парчовым камзолом, неплохо маскировавшим его дородность. Ему повезло иметь как раз такие простейшие, безобиднейшие черты лица, какие может иметь человек, не растворяясь полностью на заднем плане. Всё в нём было «несколько» и «довольно-таки»: его спина была несколько сутулой, волосы – довольно-таки редкими. Он был несколько старше остальных придворных, а заметив, что я пристально его разглядываю, довольно-таки дружелюбно улыбнулся. Единственное, что в нём было определённым, – он выглядел точно так же не на своём месте, как и я.
– Адриус Мартиус, – сказал он, протягивая руку.
– Келлен. Келлен Аргос.
– Аргос, – повторил он. – Не похоже ни на одну фамилию джен-теп, какие я слышал. Может, вы один из тех странствующих аргоси, которые время от времени появляются, чтобы мутить воду?
Он заметил блеск колоды стальных карт, пристёгнутой к моему правому бедру.
– Я слышал разговоры об одной аргоси, которая проезжала через столицу несколько месяцев тому назад. Даже получила аудиенцию у королевы. Странная женщина.
– Фериус Перфекс? – спросил я.
– Не припомню её имени.
«Фериус была здесь, в Дароме?»
У меня в голове возникли тысячи вопросов, но я не мог задать ни один без риска выдать слишком много. Придётся найти другие способы выяснить, была ли это Фериус и что она здесь делала.
– Чем вы занимаетесь, Адриус Мартиус? – спросил я.
Он улыбнулся, приняв как должное смену темы.
– О, вообще-то мало чем. Полагаю, как и большинство здесь.
Я воспользовался подвернувшейся возможностью, но осторожно.
– Похоже, у богатых… довольно-таки много времени, чтобы посвятить себя придворной жизни.
Мартиус рассмеялся.
– Хорошо сказано, мастер картёжник. Вижу, вы уже учитесь дипломатии.
– Видимо, это дароменский образ жизни.
– Ах, но так было не всегда, мой мальчик. Некогда мы были свирепым народом. Не только солдаты вроде Леонидаса, но и аристократы тоже.
Похоже, он к чему-то клонил. В данный момент я был не прочь ему подыграть.
– А теперь? – спросил я.
– Вы обратили внимание на шеи наших благородных дароменских дам?
– В общем, нет. Не обижайтесь.
– Никаких обид. Но, если вы осмотрите зал, вы увидите, что их шеи украшает больше серебра, чем золота. И в их брошах и браслетах меньше драгоценных камней, чем было в прошлом.
Я огляделся по сторонам и увидел, что Мартиус прав. Я привык путешествовать вблизи приграничных городов, где вечно не хватало денег, и все эти люди казались мне царственными особами из старых сказок. Но женщины не походили на обильно украшенные драгоценностями фигуры со старых гобеленов.
– Полагаю, мир не всегда означает процветание, – сказал я.
– В империи так и есть, господин Келлен.
– Так почему бы не выйти отсюда и не задать жару какой-нибудь другой стране? Я слышал, святилища берабесков вымощены золотом, а забанцы припрятали в своих горах склады драгоценных камней.
Мартиус длинно вздохнул.
– Некогда, мой друг, мы бы так и поступили, но отец королевы подписал мирный договор, и теперь… Ну, мы то, что мы есть. В нынешние дни Даром похож на меня: слишком стар, слишком тучен.
Он помахал пальцем.
– Но всегда очень дипломатичен, да?
Мартиус выдохнул и как будто слегка сдулся.
– В конечном итоге это всё ещё хорошее место, куда можно удалиться на покой. Ну, а вы что скажете? Каким вы нашли наш двор?
Я подумал, как бы ответить. «Какого черта? Наверное, он просто какой-нибудь незначительный клерк, не всё ли ему будет равно?»
– Я начинаю думать, что это едва ли не самое опасное место, в котором я когда-либо бывал, – сказал я.
Мартиус снова улыбнулся.
– Совершенно верно, совершенно верно. Итак, то, что вы на днях сказали королеве о картах, правда: хороший игрок может увидеть карту всего человечества.
– Я выразился не совсем так, но польщён, что произвёл впечатление.
– О господи, конечно. Самое волнующее зрелище, какое я видел за годы. В действительности… Надеюсь, вы не сочтёте это слишком самонадеянным…
– Продолжайте.
– Ну, я тут подумал – не могли бы вы присоединиться ко мне нынче вечером за карточной игрой? Я не такой искусный игрок, как вы, но мог бы попытаться слегка побороться.
– Конечно, почему нет?
Были и худшие способы провести вечер, чем надуть чиновника в карты. Интересно, здешние клерки хорошо зарабатывают?
