Боевой маг одного из Хранителей мира Арнор и его друзья отправляются на кажущееся простым задание. Ничего сложного от них не требуется. Отправиться в таинственный Храм Теней на границах мира, найти и похитить простенький на вид кинжал, а потом вернуться обратно. Врата почти до самого Храма Теней им открывает их наниматель, таинственный некромант, назвавшийся именем Калидор. Путь до храма и внутри его бесконечных коридоров указывает талисман, выданный некромантом. Даже кинжал лежит без какой-либо видимой охраны. Но простота оказывается обманчивой. Похищение кинжала становится отправной точкой в длинной цепочке событий, которые приводят к серьезным последствиям как для Киорла и его друзей, так и для Арнора в целом. Киорл оказывается вовлечен в игры таких сил, о которых даже и не предполагал. Эти силы безжалостны, жестоки, злы. Жизни простых смертных для них это только разменные фигуры. И обстоятельства вынуждают его стать фигурой одной из этих самых сил…
В просторной комнате, почти полностью забитой книгами, свитками и прочими подобными вещами царил полумрак. Впрочем, здесь вообще должна была быть полная темнота. Хотя бы по причине отсутствия окон вообще. Это не учитывая тот скромный факт, что комната находится достаточно глубоко под землей и солнечный свет ее стены не видели с самого «рождения».
Полумрак создавался искусственно. Простенькое чародейство. Оно доступно даже начинающим магам. Не говоря уже про хозяина этого помещения, что лежал в полудреме, занимая огромное кресло, стоящее в углу. Он был высокого роста, со слегка оплывшим от возраста телом. Хотя раньше он был воином и еще не до конца потерял свои навыки. Длинные волосы были полностью седыми. Сказывались прожитые годы. Лицо относительно ровное, без излишних морщин. По крайней мере, для его возраста. Да и руки все еще сохранили в себе силу, не позволяя трястись при малейшей нагрузке.
Его полусон был неспокойным. Словно он видел не слишком хороший сон, но не мог при этом проснуться. Как в кошмаре, что не хочет отпускать свою жертву.
Но он и не пытался проснуться. Будто этот кошмар нужно обязательно досмотреть до самого конца и запомнить самые малейшие детали. Спустя несколько минут он все же проснулся. Потер виски, пытаясь спастись от сильнейшей головной боли. Потом медленно встал и несколько раз прошелся из одного угла своей комнаты в другой.
— За что?! За что подобная кара?! За что?! — Спросил он у незримого собеседника. В его голосе не было отчаяния или боли, только вопрос. Он уже давно знал, что отчаяние никогда не даст ответ на вопрос и не поможет делу. Но и прекрасно понимал, что не в силах что-то изменить.
Но его вопрос остался без ответа. Незримый собеседник, если таковой вообще был, предпочел сохранить молчание. А может, здесь вообще никого и не было. Или не было ответов на его вопросы. Или они были, но пока что он не знал их.
После некоторых раздумий он прошел к столу, стоящему в одном из углов комнаты. На столе лежало много свитков. На некоторых из них уже красовались буквы неизвестного для многих в этом мире языка, а некоторые до сих пор были пустые. Человек взял один из пустых листков бумаги и начал писать все теми же буквами, понятными только для него:
Человек отложил перо в сторону, вглядываясь в только что написанные им строки. Ему очень часто снились странные видения, которые он забывал спустя несколько мгновений после «пробуждения». Но это видение не стало исключением. И строки так и остались в памяти. Остались на достаточное время, чтобы их можно было записать на бумагу.
Отложив перо в сторону, он встал и прошел обратно к своему креслу. Теперь в нем сидел словно совсем другой человек. Морщин определенно прибавилось, на плечах словно появился тяжелый груз. Даже дыхание стало другим. Как будто он разом постарел на пару десятков лет.
Его глаза сомкнулись через несколько минут. А еще через пару минут он снова погрузился в привычный полусон, словно ничего и не произошло. Лишь только морщины на его лице, ставшие более глубокими, напоминали о недавнем кошмаре. Ну и строки на листке бумаги, которые лежал теперь в центре стола… Едва заметную фигуру среднего роста, что скрывалась в одном из углов комнаты, он так и не заметил.
