— Понятно. Нэтти надоело защищать торговцев наркотиками и контрабандистов. Он сам решил заняться бизнесом. Кажется, он хочет нажиться на всех колумбийских клиентах.
Хоуи согласно кивнул.
— У него очень широкая сеть. Очень.
— В последней афере посредником тоже был он? Когда тебя сцапали на автостоянке? Ты и тогда покупал наркотики через Нэтти Сэперстейна?
— Да.
Какое-то время оба молчали. Голд сплюнул прилипший табак. Хоуи завел по новой:
— Я до сих пор не могу поверить! Какой-то ночной кошмар. Неужели это было на самом деле?!
Голд стряхнул пепел, Хоуи взглянул исподлобья.
— Что же ты предлагаешь?
— Можно, конечно, подать официальную жалобу, — начал Голд. — Мы втроем пойдем в отделение, Уэнди заявит, что ее избили и изнасиловали, по твоим описаниям в самое скорое время мерзавцы будут схвачены. Естественно, полицию заинтересует, почему они напали именно на ваш дом. Эти голубчики, как ты понимаешь, особо стесняться в выражениях не будут, десять килограммов героина рано или поздно всплывут. И вот тогда кто-нибудь вспомнит, что не так давно ты уже попался на хранении наркотиков; стоит потянуть за эту ниточку, как возникает вопрос, почему дело так быстро замяли, почему не приняли никаких мер, почему не осталось ни одного письменного свидетельства. Нет, — с расстановкой сказал Голд, — это отнюдь не лучший путь.
— Боже мой, конечно, — замотал головой Хоуи, — и речи быть не может.
— На что и рассчитывали те, кто устраивал эту милую вечеринку. В подобных ситуациях главное — захватить инициативу. О тебе, как ты понимаешь, они думали в последнюю очередь. — Голд раздавил окурок.
— Так что же ты предлагаешь? — нервно повторил Хоуи.
Голд смерил его взглядом.
— Лучше оставайся в неведении, советничек.
— Но, — брызгая слюной, затараторил Хоуи, — ведь не будешь ты каждую голову разбивать о шкафы! В списке есть очень именитые адвокаты, к ним не полезешь с твоими гестаповскими методами. И они узнают, что это я их выдал, я все рассказал, я...
— Ну и сука же ты! — взорвался Голд. — Из какого только жидкого дерьма тебя лепили! Над твоей женой надругались, твоему ребенку угрожали! И все это подстроил один из тех, с кем ты попиваешь кофеек, кому закатываешь обеды в ресторанах; один из тех, кого ты держишь за друзей, кто не моргнув глазом будет раскланиваться с тобой при встрече. Неужели тебе не хочется придушить их на месте, неужели...
— Так ты с ними знаком? — проговорила Уэнди, появившись на пороге детской. Она в упор смотрела на Хоуи.
— Уэнди... — начал он.
— Ты знаком с этими скотами? Уэнди медленно прошла в гостиную. Хоуи опять принялся растирать синяки, боясь поднять глаза на жену.
— Этих подонков подослал кто-то из твоих дружков?
— Деточка, это просто ошибка, — пытался успокоить Хоуи, — коммерческая сделка, которая, к сожалению, провалилась.
— Коммерческая сделка? — эхом отозвалась Уэнди. Она смотрела то на одного, то на другого. Хоуи прятал глаза. — Ошибка? — Она вскинулась на Хоуи. — Да как ты мог водить знакомство с людьми, которые связаны с такими подлецами?!
Хоуи по-прежнему смотрел вбок.
— Так отвечай же!
Она угрожающе надвигалась на него.
— Хоуи, что они искали? Почему целились в Джошуа? Что им было надо?
— Уэнди. — Хоуи все ниже склонял голову.
— Я имею право все знать.
Хоуи яростно продолжал массировать шишки; казалось, он хотел добраться до мозгов. Уэнди в замешательстве обернулась к отцу.
— Папа?
Голд подошел к дочери.
— Уэн, хорошая моя, все позади. Все нормально...
— Хватит! — с криком оттолкнула его Уэнди. — Хватит меня утешать! Надо мной измывались два подонка, и я наконец хочу понять, что здесь сегодня произошло и какое я имею к этому отношение. Я вправе требовать.
Голд вглядывался в Уэнди.
— Хоуи, расскажи ей, она действительно имеет право.
Хоуи всхлипнул. Голд с омерзением от него отвернулся.
— Хорошо, папа, тогда расскажи ты.
— Я не дома.
— Вот проклятье! У вас что, не хватает мужества говорить со мной?
Голд с интересом следил за дочерью. Такая Уэнди была для него внове. Он узнавал в ней себя.
— Дело в том, что Хоуи пристрастился к наркотикам. Он не только употреблял кокаин, но и приторговывал им. Сегодня в доме оказалась большая партия; некто, знавший об этом, навел двух парней. Им нужен был наркотик, а тебя они изнасиловали между делом, так как были уверены, что Хоуи не кинется в полицию. Вот, пожалуй, и все.
— Кокаин, — недоверчиво протянула Уэнди. — Кокаин... Хоуи, нежели это правда?
Плечи Хоуи вздрагивали, он по-прежнему не смотрел на Уэнди.
— Почему я ничего об этом не знала? Хороша супружеская жизнь, если от меня скрывают такие веши!
Хоуи поднял голову, глотая слезы.
— Прости меня, Уэнди, — выдавил он.
— Как ты только посмел допустить, чтобы подобное происходило в нашем доме? — Ее голос срывался, дрожал.
— Я знаю, каково тебе, Уэн. Клянусь, я все поправлю.
— Ты знаешь?! Ты поправишь?! Можно подумать, что насиловали тебя! Что тебя таскали за волосы и тыкали носом в эту мерзость!
— Уэнди...
Она как следует съездила ему по лицу. Хоуи здорово перепугался.
