Убийца с крестом полностью

— Время смерти установлено — примерно между десятью и одиннадцатью, прошлым вечером.

— А нашли его только что?

— Выходные. Ночной сторож говорит — извини за каламбур — в выходные здесь как в морге. А его место у входа.

— Кто же нашел тело?

— Один адвокат. Он всю ночь проругался с женой, послал ее в конце концов к черту и отправился ночевать в офис. Он узнал машину Сэперстейна, подошел посмотреть поближе. Держу пари, месяца не пройдет, он переберется в другой офис.

Они стояли около машины. Нэтти все еще сидел за рулем, там, где его настигла пуля.

— Почему его не увезли?

Мэдисон пожал плечами.

— Не знаю. Эй, Казу! Когда вы увезете тело?

Помощник следователя поднял голову, посмотрел на Долли.

— Кончаем. Еще несколько снимков — и все.

Щелчок аппарата. Вспышка.

— О'кей. Выносите его.

Открыли левую дверь «роллса». Волосы Нэтти, вымазанные засохшей кровью, приклеились к окну. Их отодрали, подняли окоченевший труп, упаковали в сумку на молнии и погрузили в фургон.

— Похоже, наш парень осваивает новые районы, — сказал Голд. — Так далеко на запад он забрался впервые.

Мэдисон покачал головой.

— По правде говоря, Джек, я не думаю, что это наш парень.

Голд прямо взглянул на него.

— О чем ты, Долли?

Мэдисон сделал паузу, посмотрел на судебных техников, вертевшихся вокруг «роллса».

— Я думаю, это подделка. Кто-то убил Сэперстейна и хочет, чтоб мы думали — это наш парень. Но это не такое убийство.

Голд достал новую сигару, снял целлофановую обертку, чиркнул спичкой, неторопливо закурил.

— Почему ты так думаешь?

Долли подошел поближе и сказал приглушенным голосом:

— Джек, похоже на мафию. Маскировка, оружие, почерк. Очень похоже.

Голд покрутил в пальцах сигару.

— Мафия, говоришь?

— Их дело, Джек. Для меня тут нет вопросов.

— Это только подозрение?

Мэдисон украдкой оглянулся вокруг.

— Во-первых, калибр револьвера — двадцать второй. Ставлю свой значок, я не ошибаюсь. Его пристрелил профи. Убийца с крестом не пользовался таким оружием. И потом, слушай, Джек, у шефа в офисе я узнал много всяких секретов, которых среднему копу не узнать ни в жизни.

— Угу.

— Сэперстейн был высокого уровня информантом DEA[68].

Голд выпустил клуб дыма.

— Без обмана? И давно?

— Пару лет. Работал «и нашим и вашим». Продавал покровительство полиции торговцам наркотиками, а потом сообщал имена и адреса федералам. Я слышал даже, кое-какие сделки он заключал сам — с молчаливого согласия и поощрения властей.

— Не брешешь?

Фургон следователя уехал, они видели, как он тащился по третьему этажу.

— Такие типы, Джек, — дни их сочтены, они сплошь и рядом так кончают. Это профессиональное убийство. Спорю на значок.

Голд выплюнул приставшие к языку крошки табака.

— Может, ты и прав.

— Думаешь? — Мэдисон был польщен.

— Но лучше придержать эту теорию. На какое-то время, по крайней мере. Слишком взрывоопасная ситуация для бездоказательных догадок. Не стоит выделять этот случай. Представляешь, какая чертова буря поднимется, если мы впутаем сюда организованную преступность?

— Представляю, Джек, — задумчиво протянул Мэдисон.

— А если окажется, что мы ошиблись, а слухи уже расползутся — да Гунц нам головы поотрывает. Ты ведь знаешь, он ненавидит всякие осложнения.

Это решило дело.

— Я думаю, нам не стоит игнорировать возможность профессионального убийства, Джек, но мы займемся этим сами. Вне рамок основного расследования.

— Полностью поддерживаю тебя, капитан.

— Я высоко ценю твою поддержку, Джек.

— Прибережем это для себя.

— Верно.

Прибежал взволнованный детектив из особого отряда.

— Капитан, журналисты прорвались через черный ход. Мы их задержали, но они требуют сообщить, что происходит.

Это Мэдисон мог сделать не хуже всякого другого. Он самодовольно улыбнулся.

— Я разберусь с ними, Джек, если у тебя нет охоты.

— Нет, благодарю. Уступаю эту честь тебе. Сделай публичное заявление.

Мэдисон светился от удовольствия.

— Хорошо, — обратился он к копу, — пошли. Поговорим с прессой, надо же им сообщить что-то в воскресных известиях.

И Долли удалился деловым шагом, таща на буксире детектива.

Голд жевал сигару и наблюдал, как рабочие прицепляли «роллс» к тягачу. Мешали низкие потолки, и страшные проклятия оглашали опустевшее помещение.

С дальнего ската послышался рев мотора, и на стоянку ворвался красный спортивный автомобиль с откидывающимся верхом. Замора со скрипом затормозил в нескольких шагах от Голда.

— Эй, что стряслось?! — спросил Шон. Волосы у него были мокрые, а рубашка расстегнута.

— Поздравляю, еще одна жертва. — Голд улыбнулся, взглянул на влажные волосы Заморы. — Опять какое-нибудь мыльное предприятие?

— Я просто не мог проснуться. В конце концов, мать вылила на меня чашку холодной воды.

— Ирландские штучки. Вы, христиане, детей своих продадите за бутылку виски.

— Ну уж.

Голд продолжал шутить.

— Черт возьми! Я хочу позавтракать с Робертом Редфордом в его маленьком сексуальном авто. И пусть он угощает.

Замора подал машину назад, развернулся.

— Кстати, — спросил Голд, — вы довели до конца то предприятие?

— "Великолепное душистое мыло"? — Замора дал газ. — Нет, вмешался один немытый еврей.