Убийца с пилой полностью

— Вы предсказуемы, — произнес Доминик с деланой уверенностью. Оливер злобно рассмеялся. — Я не могу поверить, что на самом деле думал, будто мы с вами одинаковые, — с отвращением сказал Доминик.

— У нас с тобой нет ничего общего.

— Вам следовало понять. Я сделал это ради вас. Если бы эти присяжные не оказались такими трусами, вы остались бы на свободе, а я сам никогда бы не отправился в тюрьму.

— Боже праведный! Мальчик, ты сидишь на какой-то дури?

В глазах Доминика блеснула ярость.

— Нас обоих предали люди, которым мы доверяли! — заорал он. — Но мы показали им, кто на самом деле дергает за ниточки. Я думал, вы оцените все, что я сделал для вас. Что вы с уважением отнесетесь к моей работе. Нашей работе.

— Ты ищешь уважения? — презрительно спросил Оливер.

— Больше не ищу. Мне от вас ничего не надо.

— Пошли.

Оливер схватил Доминика под локоть и потащил в переулок, который выходил на небольшую автомобильную стоянку. Потом он потянул сильнее, не обращая внимания на громкое шуршание кроссовок Доминика, которыми тот упирался в тротуар. Доминик дернулся и свалил мусорный контейнер. Стеклянные бутылки с грохотом покатились по бетону. Оливер прижал Доминика к капоту небольшого черного автомобиля и приставил нож к его животу, потом достал ключи и открыл дверцу автомобиля.

— Я с вами не поеду, — зашипел Доминик. Он вырвался и рухнул лицом вперед, приземлившись на ладони. Оливер тяжело и утомленно вздохнул и схватил Доминика за ворот. Дешевая ткань порвалась. — Я не собираюсь…

— А я тебе разрешал разговаривать? — Оливер отпустил Пайна. — Твоя работа — просто позор, мальчик. А теперь залезай в машину.

Оливер подтолкнул Доминика вперед, и тот рухнул на место пассажира.

— Куда мы едем? — спросил Доминик.

Оливер проигнорировал вопрос, завел двигатель и направил машину к туннелю Ротерхит.

Через пятнадцать минут Оливер заехал на территорию жилого комплекса «Пепис-Эстейт» в Дептфорде. Три самых высоких в Лондоне многоквартирных дома нависали над головой, как негласные стражи. На границе этого когда-то печально известного бедного микрорайона с муниципальным жильем протекала Темза.

— Что мы здесь делаем? — спросил Доминик, когда Оливер припарковал машину.

— Я решил прогуляться под луной.

Оливер вышел из машины и махнул ножом, чтобы Доминик тоже выметался. Оливер сжимал руку Доминика, когда они шли вдоль реки. Потом он с силой толкнул его к ограждению и прижал нож к его груди.

— Ты взялся за дело, которое тебе не по зубам, сынок.

Оливер схватил Доминика за шею и сжал ее. Чем отчаяннее Доминик пытался оторвать его руки и царапал их, тем сильнее Оливер сжимал его шею. Вода в реке поднималась и билась о стену. Тусклый свет из расположенных поблизости квартир падал на лицо Доминика. Его глаза расширились и остекленели, лицо покраснело. Оливер улыбнулся.

— Ты даже не попытался справиться лучше, чем я.

Оливер отпустил Пайна и достал несколько газетных статей из заднего кармана. Доминик рухнул на землю, кашляя и хватая ртом воздух.

— Ты просто любитель, — сказал Оливер и швырнул зачитанные страницы в Пайна. — Ты просто разрезал их на части и разбросал по моей территории. Ты даже не постарался как-то по-своему их оформить, произвести впечатление!

— Но вы же разбросали одну из своих жертв по трассе А2, — возразил Доминик.

— Это была загадка. У меня была система. А ты просто дерьмо. Ты даже не попытался справиться лучше, чем я, — повторил он.

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— У тебя не хватает мозгов, чтобы сделать что-то оригинальное. Ты использовал мой почерк. Мои символы. Они мои! — За каждым словом, которое выплевывал Оливер, следовал сильный удар по ребрам лежавшего на земле Пайна. — Мне не нужно, чтобы ты ставил мою метку на свою дерьмовую работу. Ты — хлюпающий кусок дерьма!

Оливер присел на корточки, положил руку на шею Доминика сзади и сжал.

— Что они тебе сделали? Ты хотел эту симпатичную чернокожую девчонку, а она тебя отбрила или что? У тебя слишком маленький член?

Доминик царапал руку Оливера.

— Твое маленькое эго не перенесло того факта, что она тебя заложила? Какая жалость.

— Отвали, — с трудом выдавил из себя Доминик.

Оливер сжал сильнее, его пальцы давили на яремную вену Доминика. Он сжимал ему шею до тех пор, пока не увидел, как капилляры стали лопаться в слезящихся глазах Пайна. Он продолжал держать его и чувствовал, как замедляется пульс и начинает распухать под подбородком.

Оливер отпустил его.

Доминика рвало, пока в желудке у него ничего не осталось. Он стал хватать ртом воздух, а рукой ухватился за ржавое ограждение и поднялся на ноги.

— Они понятия не имеют, что… это я, — сказал он. Каждое произносимое слово доставляло ему боль. — Я цель. Потенциальная жертва. Это вы сбежали. Они вас ищут. Не меня.

Смех Оливера эхом разнесся в ночном воздухе.

— Ты так думаешь? Я тебя нашел. И инспектор тебя найдет, если я ей позволю.

— Вы никто, — Доминику все еще не хватало воздуха. — О вас снова вспомнили только благодаря мне.

Оливер сложил руки у себя на макушке и немного наклонил голову назад.