Убийца среди нас полностью

— Нет, сегодня ты не такой, как всегда, — не согласилась Ирина, вытирая носовым платком с его щеки губную помаду.

— Рад слышать, тем более, от тебя.

Григорий на поцелуйчик жены не обратил внимания. Весь вечер мысли кружились вокруг Нади. Может, показалось, но в этот раз она была с ним холодна. Уж не появилась ли между ними трещина? При прощании все прояснилось: глаза Нади блеснули озорно и обнадеживающе. Видно, так было надо.

Парамошкин легкой трусцой бежал от проруби к дому. Было сумрачно, вьюжило, ветер гнал по льду податливые струйки снега. Метель начиналась с вечера. Вчера, при прощании, кивнув головой на водохранилище, Рюмин сказал:

— Заметет за ночь прорубь. Денек пропустишь?

— В семь часов как штык.

— Вот это я понимаю — мужчина! — похвалила Надя.

— После купания от пьянки ничего не останется. Хоть заново начинай, — пошутил Григорий.

— Сядем, но не раньше как договорились. Слово свое держу, — сказал Рюмин.

Григорий вчерашней встречей остался доволен. В этот раз у него к Рюмину претензий не было: денег не пожалел, домой отпустил — мать-то как приезду обрадуется. Воодушевляли и перспективы работы фирмы, они просто сказочны. А каков был прощальный взгляд Нади. Он и посейчас в глазах стоит. Но расслабляться нельзя, жизнь идет: надо все взвесить и ничего не забыть. Первое — придти пораньше на базу и встретиться с бухгалтершей. Зачем приходила? К чему намекала — "горит-не горит"? Видимо, что-то хотела сказать, а он, как всегда, спешил и не принял. А ведь мог и поговорить, ничего бы не произошло страшного. Теперь вот думай и гадай, что к чему. Появилось волнение, но тут же погасло, заглушенное ожидаемыми приятными переменами. "Да, до отъезда к матери не забыть внести деньги за товар", — подумал он.

Уже у дома взгляд Григория неожиданно наткнулся на стоявший возле забора милицейский "УАЗик". Машина словно магнитом стала притягивать к себе. Вновь волнения: встречи с милицией Григорий не хотел. В голове замелькали мысли одна беспокойнее другой. Неужели за ним? Да нет, чепуха какая-то! Бывают же поломки и всякие непредвиденные обстоятельства. Зачем волноваться, вот сейчас подойдет и все узнает.

Остановившись у калитки, стал стряхивать с себя снег, искоса наблюдая за машиной. Еще теплилась надежда, что это не к нему, а просто случайность или кого-то ждут. В кабине водитель и еще один человек. Этот второй, открыв переднюю дверцу, вышел из машины. В доме тоже хлопнула дверь. В наспех накинутом пальто выскочила Ирина. Парамошкин пошел навстречу. Глаза у жены заплаканы, в них растерянность и тревога.

— Что случилось? — спросил как можно спокойнее.

— Эти, — Ирина нервно махнула рукой на милицейскую машину, — за тобой, — и опять в слезы.

— Да перестань! Можешь толком объяснить, что все это значит? — волнение жены стало раздражать. Ну не пойдет же он к милиционеру спрашивать: вы, уважаемый, ко мне или к соседу приехали?

— Вот. Он пусть тебе и скажет, — ответила Ирина.

"Он" — это появившийся в калитке сержант милиции, подтянутый и хмурый.

— Вы директор торговой базы Парамошкин?

— Я, а в чем, собственно, дело? — подобный диалог ему уже знаком.

— Мне поручено сопроводить вас на базу.

— На базу?! — переспросил Григорий удивленно. Уж чего-чего, но этого он не ожидал. — И в связи с чем же я удостоин столь высокой чести? — в душе заиграла педагогическая струнка. Надо показать сержанту, что он не какой-то там рядовой обыватель.

— База утром будет опечатана, и вы, как директор, должны при этом присутствовать.

— Сержант, а вы не ошиблись? На каком основании опечатана?

— Есть соответствующее решение. Вас с ним ознакомят.

Григорий понимал, что просто так за ним никто бы не приехал. Злая весть путала все планы. Значит, будет проводиться ревизия. И когда? Перед увольнением с работы. Идиотизм да и только! А разве сам не идиот, что оставил вчера на столе тетрадку с записями выданных "челноками" товаров. Там вся его с ними денежная арифметика! Может, бухгалтерша именно поэтому и заходила. Теперь-то близок локоток… А что, если попытаться проскочить на базу раньше милиции и успеть забрать злополучную тетрадку? По деньгам, что не вернул, потом что-нибудь придумает. Эти и другие мелочи проскочили в голове единым залпом. Надо было что-то делать, машина во дворе на ходу.

— Успокойся, ничего страшного не произошло, — сказал Ирине. — Опечатывают, значит так надо. И потом сержанту: — Сейчас быстренько позавтракаю и приеду. Можете тут или у базы подождать. Ради Бога, не беспокойтесь, никуда не денусь, — у Григория уже созрел план действий: пока милицейский драндулет доберется до базы, которая на окраине города, он будет уже там. Лишь бы сержант согласился. Тот, к счастью, не возражал и вскоре "УАЗик" затарахтел вдоль набережной.

Григорий крикнул Ирине:

— Быстренько приготовь мне пару бутербродов!

— С чем?

— Хоть с чем, только скорей. Поняла?