Динамичные и живые приключенческие повести Андрея Сербы знакомят читателя с бурными событиями истории вечно воевавшей Руси. Воинственные князья, мудрые красавицы, интриги, динамичный сюжет — всё это можно найти на страницах повестей, включенных в данный сборник. Внимание читателя, без сомнения, привлекут героические подвиги во имя Родины, коварство изменников, стойкость русского характера.
Сержант, командир конного патруля, насторожился, приподнялся в седле. Шестеро драгун, следовавших за ним, придержали скакунов, замерли с мушкетами наизготовку.
Куст, который привлек внимание сержанта, зашевелился, из-за него показалась пригнувшаяся человеческая фигура. Острый глаз опытного разведчика смог различить в темноте треуголку, широкий плащ и торчащую из-под него шпагу. Раздвигая впереди себя рукой траву, неизвестный сделал три-четыре мелких крадущихся шага и исчез за соседним кустом. А там, откуда он появился, возникла новая фигура, нет, две. В таком же плаще, треуголке, тоже со шпагой на боку. Мгновение — и обе пропали за тем же кустом. У сержанта даже мелькнула мысль, не было ли только что увиденное игрой воображения? Уж больно быстро мелькнули перед глазами все три тени и без единого звука, словно призраки, растаяли в темноте. Ну нет, на то она и ночь, дабы под ее покровом вершить тайные дела. Тем паче в этом овраге, за которым начиналось болото, а за ним редколесье, где вчера вечером полковые разведчики обнаружили передовые пикеты шведской конницы. Неспроста сам дивизионный командир отрядил на ночь несколько патрулей из лучших разведчиков-драгун, чтоб обезопасить расположение русских войск со стороны этого глухого глубокого оврага, ставшего границей между русской и шведской армиями. Поэтому интересно, очень интересно, кто эти вооруженные незнакомцы, облюбовавшие для ночных прогулок сей лесной овраг?
Сержант неслышно соскочил с лошади, достал правой рукой из-за пояса пистолет, левой призывно махнул драгунам. Четверо из них тотчас очутились на земле, застыли за сержантом с мушкетами в руках. Двое оставшихся драгун, приняв от товарищей поводья их скакунов, превратились на время в коноводов, одновременно прикрывая группу сержанта с тыла.
Пригнувшись как можно ниже к земле, сжимая в руке пистолет, сержант короткими перебежками направился к кусту, за которым исчезли неизвестные. Раздвинув перед собой траву, глянул вниз по склону, откуда с невидимого дна оврага доносилось журчание ручья. С трудом просматривались группы кустарника и несколько отдельно растущих деревьев, а дальше все скрывала непроницаемая для глаз сплошная стена тумана и моросящего дождя. Плохо дело! Незнакомцы где-то рядом, и, не видя их, можно легко обнаружить свое присутствие, сразу превратившись из охотника в дичь. Однако медлить также нельзя — они в любой миг могут перебраться через ручей и очутиться на шведской стороне оврага. Значит, вниз по склону — и осторожность, осторожность! Сержант двинулся на шум ручья и вскоре услышал чавканье грязи под чьими-то шагами и приглушенные голоса. Осторожно раздвинув перед собой траву, он увидел трех человек, пытавшихся перебраться на противоположный берег широкого, вздувшегося от дождей ручья. Один, повыше ростом и с длинной жердью-слегой в руках, шел по его течению первым, двое других, подняв полы плащей, двигались за ним. Хотя троица находилась всего в нескольких шагах от суши, вода доходила им до верха ботфорт, и незнакомец, промерявший слегой дно ручья, никак не мог найти подходящего для переправы места.
Увиденная картина успокоила сержанта. Эти трое не торопились перебираться на другой берег, выискивая наиболее удобное место. А ведь обнаружь они за собой погоню, наверняка бросились бы через ручей не раздумывая. Сделав этот вывод и наметив план действий, сержант быстро пополз обратно…
Незнакомец со слегой приблизился к наполовину затопленному кусту верболаза, и из-за того неожиданно выступили трое в русской драгунской форме. Посредине — сержант с пистолетом в руке, по бокам — двое солдат с мушкетами. Одновременно из травы на берегу поднялась еще пара драгун с мушкетами наперевес.
— Стой! Кто такие? — прозвучал голос сержанта. Человек со слегой остановился как вкопанный, один из следовавших за ним тоже замер на месте, однако третий незнакомец решительно направился к сержанту.
— Свои. Не видишь, что ли? — раздался его ответ тоже по-русски.
Незнакомец встал против сержанта; распахнул на груди плащ, и командир патруля по шитью на воротнике камзола и по металлическому офицерскому нагрудному знаку определил, что перед ним капитан русской армии. А незнакомец, уперев руки в бока, строго смотрел на сержанта.
— Как стоишь перед офицером, подлец? Кто таков? Из чьего полка? — сыпались один за другим вопросы капитана.
Случись подобное в иной обстановке или в мирное время, служаку-сержанта наверняка объял бы ужас, однако сейчас в его голове крепко сидели слова полкового командира, всегда заканчивавшего инструктаж драгунам одним и тем же наставлением: «В разведке и при патрулировании лишь тот свой, кто знает пароль». Поэтому не опуская пистолета, направленного на незнакомцев, сержант коротко бросил:
— Пароль?
— Как стоишь? Как разговариваешь с офицером, мерзавец? — повысил голос капитан.
— Пароль? — упрямо повторил сержант, и ствол его пистолета уставился в лоб капитана.
— Пароль? Сейчас услышишь. Только подойду ближе, чтобы не кричать на всю округу.
