– Это в ваших силах. Обеспечьте конвой в пять или даже в десять раз больше, и они сами откажутся от своих планов!
– Мне нужны имена!
– Я назову их вам, ваше высокопревосходительство. Да и среди них много людей, которые давно попали в поле зрения вашего ведомства. Полковник Ашенбренер. Организация военного кружка это его заслуга. Ныне в кружке около сорока активных членов. И это только в Петербурге.
– Значит, уже есть организации и в иных городах?
– Да. Вчера Вера Фигнер покинула Петербург и тайно отправилась в Одессу.
– Что?
– Она будет координировать действия тамошней организации офицеров. Кстати, на заседании Исполнительного Комитета (то что от сего Комитета осталось) предложили Фигнер срочно выехать за границу. Но она отказалась.
– Отказалась?
– Наотрез! Фигнер бежать не собирается. Это ваш враг. Один из самых опасных. А второй опасный человек – Буцевич. Редкий фанатик. Такого ничем не успокоить.
– Чего же они хотят?
– Фигнер намерена возродить «Народную волю», опираясь на этот раз на военную организацию.
– И у неё это может получиться? – спросил фон Плеве.
– Вполне. Военная организация мало затронута разгромом. Они не принимали участия в покушении на государя. И они вполне способны заменить арестованных Михайлова, Клеточникова, Желябова. Они могут подать в отставку, уйти из армии, и пополнить ряды революционеров. И снова начнется террор, ваше высокопревосходительство. Остатки организации террористов есть в Петербурге, Москве, Одессе, Харькове, Орле, Воронеже, Киеве. И если за дело вязалась Фигнер, то она сможет сколотить новую организацию.
– И что делать?
– Окончательно подорваться силы «Народной воли».
– И как это сделать? Кого еще нужно арестовать.
– Никого. Вам нужны переговоры.
– С террористами? Вы шутите?
– Нет. Нужно усыпить их бдительность. Нужно начать говорить с ними о прекращении террора в России. Вы же помните, что часть террористов смогла сбежать за границу. В Европе ныне проживают Кравчинский, Вера Засулич, Плеханов и другие. Они связаны с нынешними террористами и укажут к ним дорожку.
***
Петропавловская крепость.
Допрос Перовской.
Софью привели к следователю. Это был мужчина лет сорока в мундире с орденом Святого Георгия, что свидетельствовало о его военном прошлом.
– Прошу вас садиться, Софья Львовна.
Перовская села.
– Следователь Серов, – представился чиновник и разложил перед собой листы бумаги. – Вы готовы отвечать на мои вопросы?
– Готова, – ответила Софья.
– Ваше имя и звание?
– Вы только что обратились ко мне по имени и отчеству, господин Серов.
– Софья Львовна, такова процедура допроса. Надобно чтобы вы сами произнесли свое имя и свое звание. Вам ведь это не трудно?
– Перовская Софья Львовна. От роду имею 27 лет. Из дворян, русская. Православная. Дочь действительного статского советника Льва Николаевича Перовского служащего в министерстве Внутренних дел. Не замужем. Родилась в Петербурге.
– Какие средства к существованию имеете?
– Что?
– На какие средства живете, Софья Львовна?
– Из фонда партии. Частично зарабатываю переводами и перепиской.
– Фонда «Народной воли»?
– Да. Мое основное занятие революционная деятельность. Потому мой отец не дает мне средств, ибо наши пути разошлись.
– И как много вы могли брать из партийной кассы. Софья Львовна?
– Сударь, вы видите по моей одежде, что я не люблю роскошь. Я всегда довольствовалась малым.
– Признаете ли вы, Софья Львовна факт подготовки вами убийства императора Александра Николаевича?
– Признаю. Я приняла окончательное решение боевой группе действовать 1 марта и убить императора. И я была на месте совершения акта и дала сигнал метальщикам.
– Можете пояснить мотивы вашего поступка?
– Я действовала как член партии «Народная воля». Стремилась к поднятию народного благосостояния и уровня его нравственного развития.
– Стремление благородное. Народное благосостояние и развитие нравственности. Но методы реализации странные. Разве может ли научить нравственности убийство?
– Правительство само заставило нас начать террор. Ибо иного выбора нам не оставили.
– Софья Львовна, вы скоро предстанете перед судом.
– Я готова. Суд меня не пугает. Я знала, на что иду, и готова отвечать за свои действия.
***
Петропавловская крепость.
Допрос Рысакова.
Следователь Серов был восхищен поведением Перовской. В ней была редкая цельность взглядов и поступков. Это вызывало уважение. Но вот следующий арестант по делу убийства 1-го марта вызвал совсем иные чувства.
В допросную ввели Рысакова. Следователь попросил его сесть и выслал конвой.
– Ваше имя и звание? – спросил Серов.
– Зовут меня Николай Иванов Рысаков.
– Сколько лет?
– Девятнадцать, ваше благородие.
– При вас был обнаружен паспорт на имя мещанина Глазова Макара Егоровича.
– Признаю, что жил по паспорту на имя Глазова. Но сам я происхожу из мещан города Тихвина Новгородской губернии.
– Давно в Петербурге?
– С января сего года, ваше благородие. Последнее место жительства в столице имел на 9-й улице в доме номер 3 в квартире 17.
– Род занятий? – спросил следователь.
– Никаких.
