- Уже лучше, больше не напоминает рыбу - кело, что пропустили через мясорубку и нафаршировали специями. Хотя в остальном все без изменений - на прежний уровень магии ему уже не выйти. И еще, - она повернулась к Макарову и уставилась прямо в глаза, - повторного вживления лакримы он не переживет, как и любого другого ритуала над своим ядром или маноканалами. Я кое-как смогла их укрепить за прошедшую неделю, но мази ему пропишу еще месяца на два - минимум. Ему бы не помешал маг жизни, но…
- … из-за наших законов такого в Земном Крае не водится уже много лет, - мрачно подытожил старый Мастер. - Когда он сможет применять свою магию?
- Так и не отказался от этой затеи? Смотри. Твоя семья - тебе и решать, но опасность для паренька велика. Я помню каким был Иван, когда уходил, и, судя по всему, он если и изменился, то только в худшую сторону.
- У меня нет выбора. Пора с этим заканчивать, а подобраться к блудному сыну сможет только Лаксус. Так все-таки?
- Хм-м… Думаю, что еще дней десять - и сможет пускать искорки. Активно и в полную силу - только после окончательно укрепления каналов - точнее не скажу. Тут все зависит от его организма - может месяц, а может и полгода. Но точно, что не больше года.
- Хоть так… - вздохнул Макаров. - Я пойду - проведаю его.
- Хорошо, только сильно его не тревожь. Разум и душа твоего внука получили хорошую встряску - не имею понятия, чем его приложили, но попадать под такое не рекомендую и тебе. Ладно, пойду, соберу кое-какие травы для отвара…
Мастер проводил задумчивым взглядом свою верную подругу, с которой был знаком уже много лет и направился к палате, где она обычно держала всех своих пациентов. Помедлив немного перед дверью, он все же собрался с мыслями и открыл ее, твердо шагая к кровати единственного больного.
- Дед, - Лаксус лежал весь перебинтованный с головы до ног. Нельзя сказать, что он походил на мумию, так как повязки шли неровными рядами, то и дело обнажая различные участки кожи, да и лицо было открыто на две трети, где бинты закрывали лишь левый глаз и половину лба. Его же взгляд был вроде бы равнодушен и безмятежен, но старик, хорошо научившийся читать своего потомка за неделю ежедневных посещений смог понять, что тот все еще винит себя в произошедшем. - Зачем ты здесь?
- Лаксус… Как твои раны? - не смог сразу начать с главного Макаров. Что ни говори, но внука он любил и сильно переживал за его жизнь и благополучие. Одно дело понимать умом необходимость отправления того на важное и опасное задание, другое - сердцем, когда видишь его в таком состоянии.
- Лучше, чем вчера. Это ты мог узнать и у нашей лекарки.
- Лекарки… ты только ей такое не скажи, а то “залечит” так, что еще недельку проваляешься, но уже либо с запором, либо - наоборот. То-то весело будет! - попытка разрядить обстановку вышла скомканной, в виду того, что натужно рассмеялся лишь сам шутник. - Она сказала, что ты почти здоров. Скоро сможешь вновь магичить.
- Но… Договаривай, старик. Я и так чувствую, что во мне что-то изменилось. Не могу понять, что именно, но что-то… как будто ушло.
- Лаксус… - старик прочистил горло, которое внезапно запершило, - ты… ты больше не Убийца Драконов.
- Что? Это шутка? - блондин попытался резко привстать, но тело подвело, и он со стоном упал обратно, сжав зубы и не выпустив так и рвавшийся наружу стон.
- Нет. Но это не значит, что ты больше не маг. Твои силы остались с тобой, просто это теперь не молния Драконоборца, а просто волшебная молния, - постарался быстрее проговорить Макаров, чтобы успокоить внука.
- Но как такое возможно? Дед? Это отец?!
- Нет… Скажи… ты так и не вспомнил, что случилось тогда в храме?
- Нет. Все как в тумане. Сколько бы сам не пытался пробиться - только чернота. Но неужели никто не знает? Ведь там же были и другие? Ребята рассказывали, что там были Мистган, Мира, Эльза и новички. Они должны были видеть все!
- Сожалею, Лаксус, - Мастер опустил глаза, опасаясь смотреть на внука. Команда Эльзы считала, что парня победила разошедшаяся Мира, но Макаров вовремя их перехватил на площади и запретил рассказывать об этом кому бы то ни было - даже товарищам по гильдии. Официально - они все вместе сражались с Лаксусом, но чей удар стал решающим и кто мог вмешаться еще - неизвестно, так как тот провалился внутрь здания, где его и завалило обломками, скрыв ото всех взглядов на пару минут. Сначала это было сделано, чтобы не порождать еще больше склок и обид внутри Хвоста Феи по свежим следам, а потом… а потом это стало необходимостью. Если Лаксус узнает, что последним известным сражающимся была Мираджейн… да еще при ее столь резком настрое… не миновать беды в случае их столкновения. А таковое обязательно случится. Лаксус не простит потерю сил. На проигрыш и раны ему было бы глубоко плевать, но вот такое… А объяснить… Сразу всплывает много проблем - сначала - доказать, что говоришь правду. Макаров незаметно для себя уже настолько оплел окружающих и самого себя паутиной недосказанности, что теперь отступить с этого пути будет не просто затруднительно - катастрофически невозможно.
