В субботу, 3 апреля, на отдаленной ферме, расположенной в 10 км от Вентерсдорпа (северо-запад Южно-Африканской Республики), был убит 69-летний лидер южноафриканских ультраправых Юджин Тербланш, в 90-х годах боровшийся за сохранение режима апартеида.
Памяти Юджина ТерБланша!
В субботу, 3 апреля, на отдаленной ферме, расположенной в 10 км от Вентерсдорпа (северо-запад Южно-Африканской Республики), был убит 69-летний лидер южноафриканских ультраправых Юджин Тербланш, в 90-х годах боровшийся за сохранение режима апартеида.
Таковы сухие сводки всех мировых агенств. «Коренные африканцы», как теперь принято «политкорректно» называть местных аборигенов, насмерть зарубили мачете пожилого человека по причине «низкой оплаты» их труда на его ферме. Причина, прямо скажем, «уважительная». Достойная «афротолерантной» модели нынешней мировой помойки, в которую превратилось, благодаря стараниям «мирового сообщества» некогда цветущее государство западного мира.
Так выглядят официальные сводки. А за сводками — стоит жизнь человека, которого окрестили «нацистом и расистом», что впрочем в нынешних условиях «толерантной демократии», неудивительно. Эти ярлыки вешают на каждого, кто мало-мальски не согласен с представителями не с давно ущедшей в небытие демократией большинства, а «демократией, защищающей меньшинства», которая сегодня правит миром….
Юджин ТерБланш не был расистом. Он просто хотел отдельного проживания — представителей бурской цивилизации, собственно и превратившей этот заброшенный уголок земного шара в цветущий оазис. Англо-бурская война, как всегда с помощью подлейшего государства мира — Великобритании, отняла у буров их республики — Оранжевую и Трансвааль. И навязало бурам соседство «коренных африканцев». Точь в точь повторилась история с ревизией декларации Бальфура в Палестине, где на еврейские территории были привезены арабские беженцы. Подлость не имеет границ. Подлость Британской Короны до сих пор отзывается эхом на разных континентах земного шара…
Юджин ТерБланш — был последовательным сторонником и другом нашего государства. Это известный исторический факт. С израильтянами он познакомился еще во время Ангольской войны в 70-х годах 20-го столетия, в южноафриканской армии, в которой работали израильские военные специалисты…
Впрочем, наверное нужно кратко напомнить историю взаимоотношений Израиля и ЮАР.
— после войны Йом-Киппур в 1973 году большинство африканских стран разорвало отношения с Израилем и правительство в Иерусалиме решило повнимательнее взглянуть на изолированный режим Претории. Отношения изменились так глубоко, что в 1976 году Израиль пригласил нанести государственный визит премьер-министра ЮАР Джона Форстера, лидера правящей тогда в ЮАР националистической партии, видным членом которой и был в то время Юджин ТерБланш. На государственном банкете Рабин поднял тост за «идеалы, которые объединяют Израиль и ЮАР: надежды на справедливость и мирное сосуществование».
— Форстер, армия которого тогда переходила границы Анголы, заявил, что Южная Африка и Израиль стали жертвами врагов западной цивилизации. Через несколько месяцев в ежегодном правительственном альманахе ЮАР написали, что обе страны столкнулись с одинаковой проблемой. «У Израиля и ЮАР, помимо прочих, есть одно главное сходство: она находятся в преимущественно враждебном мире, населенном людьми с темной кожей».
— Визит Форстера заложил основы для сотрудничества, которое трансформировало израильско-южноафриканскую ось, сделав страны ведущими разработчиками оружия и влиятельной силой в международной торговле оружием. Алон Лиель, бывший израильский посол в Претории 1980-х годов, говорит, что израильский истеблишмент безопасности считал, что без отношений с африканерами (белыми жителями ЮАР) еврейское государство могло бы и не выжить.
— «Мы создали военную промышленность Южной Африки, — отмечает Лиель. — Они помогали нам разрабатывать всевозможные технологии, потому что у них было много денег. Когда мы занимались совместными разработками, мы обычно давали ноу-хау, а они давали деньги. После 1976 года начался любовный роман между военными верхушками двух стран и их службами безопасности». «В Анголе мы были консультантами южноафриканской армии. Там работали израильские офицеры. Связи были очень тесными».
— Помимо государственных заводов, производством для ЮАР занимался кибуц Бейт-Альфа, который продавал средства подавления беспорядков городам с чернокожим населением.
— Но самый большой секрет был ядерным. Израиль предоставил ЮАР экспертные знания и технологии, которые стали основой разработки ЮАР собственной ядерной бомбы.
— «Все, что я вам рассказываю, было совершенно секретным, — подчеркивает Лиель. — Об этом знали единицы — совсем небольшой круг людей. Однако случилось так, что многие из наших премьер-министров входили в этот круг. Такие люди, как Шимон Перес и Рабин, определенно знали об этом, потому что они входили в истеблишмент безопасности. В ООН мы продолжали повторять: мы против апартеида, так как мы — еврейский народ, который пострадал от Холокоста, и это неприемлемо. Однако наш истеблишмент безопасности продолжал сотрудничество».
