В игровом мире, где появляются подземелья, появляются монстры, а так же появляются игроки.В этом мире только я знал правду.- Давайте спасать мир вместе. Давайте вместе положим конец этой игре.Секрет в том, что человек, которого боготворят, как «Мессию, который спасёт мир», на самом деле пытается править им, став единственным императором.Только я, переживший его предательство, я, кто был убит им и вернулся в прошлое, знал правду.
Автор: D-Dart
В игровом мире, где появляются подземелья, появляются монстры, а так же появляются игроки. В этом мире только я знал правду. - Давайте спасать мир вместе. Давайте вместе положим конец этой игре. Секрет в том, что человек, которого боготворят, как "Мессию, который спасёт мир", на самом деле пытается править им, став единственным императором. Только я, переживший его предательство, я, кто был убит им и вернулся в прошлое, знал правду.
Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe234
Я презирал мир.
Сразу после рождения меня бросили в мешке, предназначенном для мусора.
У меня не было абсолютно никаких причин любить мир, потому что всю свою жизнь со мной обращались как с бездомным зверем.
Я ненавидел мир за то, что он сделал меня одним из них.
Мне было противно, что я был классифицирован как человек, сгруппированный с теми претендентами, которые носили человеческие маски, но были ослеплены жадностью и амбициями.
Вот почему я не доверял людям.
Что бы я ни делал, я делал это один.
Это мышление осталось прежним даже после того, как мир преобразился во всей полноте.
1 января 2020 года мир превратился в игру.
Начали появляться подземелья и монстры, как и игроки, способные остановить их.
Началась беспрецедентная перемена в истории человечества.
Однако на мой взгляд, мир не сильно изменился.
Сильные пользовались слабыми. Игроки использовали угрозы подземелий и монстров, которые наводили ужас на мир, просто как возможность реализовать свои амбиции.
В мире нет никого, кому можно доверять.
Только один.
Только один человек, казалось, отличался от остальных.
«Я убью последнего босса этой игры и положу конец всему этому».
Ли Се-чун.
Один из первых семи, кто стал игроком, и один из немногих, кто был избран священным светом. Он также был человеком, который обладал титулом игрока высшего уровня. С тех пор он принимал участие в ритуале Священного света.
Только он был другим.
«Поэтому он будет тем, кто спасет мир».
В то время как все остальные игроки относились к новому игровому миру, как к своей сцене для удовлетворения своих амбиций и жадности, Ли Се-чун был самоотверженным и посвятил себя спасению мира.
Он охотился на монстров, даже если это не приносило ему никакой прибыли, он уничтожил опасные подземелья, которые все остальные избегали, и он также судил игроков и гильдии, которые бросили вызов закону.
Другими словами, чтобы спасти мир, он боролся против самого мира.
Он был первым.
Это был первый раз в моей жизни, когда я встретил такого человека, которому, я чувствовал, что мог доверять и искренне следовать за ним в этом дерьмовом мире.
Вот почему.
— Охотничий пес Ким У-чин, мне нужна твоя сила.
Когда Ли Се-чун протянул руку, я не колебался ни на секунду, прежде чем принять ее.
Я бы последовал за ним, чтобы закончить эту чертову игру, я был готов даже рисковать своей жизнью, чтобы изменить этот мир.
Жизнь в качестве спутника Спасителя, который однажды спасет мир, была несравненно обременительна, по сравнению с беззаботным образом жизни.
Игроки с корыстным интересом не хотели, чтобы эта игра закончилась, поэтому чем ближе к победе подошла Гильдия Мессии, тем громче и громче раздавались голоса всего мира.
Однако я никогда не думал сдаться, ни разу.
Мы спасем мир. Я верил, что рисковать своей жизнью ради моих собратьев, которых объединило это блестящее благородное дело, никогда не будет пустой тратой времени.
Я верил, что пока я с ними, могу изменить этот уродливый мир.
— Учитель, единственное, что осталось — это Последняя битва.
— Последней битвы не существует.
— Что?!
— Я никогда не думал о том, чтобы закончить игру.
— Что ты...
Я был уверен, что ослышался.
— Должны быть волки, чтобы овцы были послушными.
Пак!
Перед Бальмунгом даже кожа дракона прокалывалась, как лист бумаги. В тот момент, когда Бальмунг пронзил его грудь, Ким У-чин услышал уведомления системы. [Вы находитесь под действием проклятия Бальмунга.] [Все сопротивления уменьшены на 90.] [Все показатели защиты снижены на 90.] [Все влияния заживления уменьшены на 90.] — Ты проделал хорошую работу. Ким У-чин, без тебя, мы бы не смогли пройти так далеко.
То, что я потом услышал, было голосом Ли Се-чуна.
Таким образом, голос Ли Се-чуна, который не перекрывался с уведомлениями системы, прямо вошел в уши Ким У-чина.
— Что ты имеешь в виду?
Однако Ким У-чин не мог понять ни одного слова из уст Ли Се-чуна.
— Что... что ты имеешь в виду, ты никогда не думал о том, чтобы закончить эту игру с самого начала?
— Что я имею в виду?
Однако на вопрос Ким У-чина ответил не Ли Се-чун, а другая фигура.
Багровая кожа, словно вырезанная из пылающего пламени, состояла из мантии завораживающей красавицы, стоявшей за спиной Ли Се-чуна, и смотрела на Ким У-чина, стоявшего перед ней на коленях.
Потом она заговорила:
— Если игра закончится, и игровая система исчезнет, силы и предметы, которые мы получили, исчезнут вместе со всеми подземельями и монстрами. Причина, по которой люди подчиняются каждому нашему слову, также исчезнет.
Пак Син-хё.
