Annotation
Прошел год с тех пор, как Алерр А-Шуро обменял Лаурелию на медальон императора. Многое изменилось с тех пор. Девушка научилась постоять за себя, смирилась с постоянным присутствием брата в своей жизни, влюбилась... Только сердце зовет назад, за пределы безопасной туманности. Туда, где бесследно сгинула ее команда.
Драх Виктория
Драх Виктория
Убить императора
Часть 2
Убить императора.
Я нежилась на огромном валуне посреди почти идеально круглого озера. Всего в нескольких десятках метров шумел небольшой водопад -- его брызги иногда долетали до меня, приятно холодя разгоряченную летним зноем кожу.
Это было только мое место. Два цикла назад я обнаружила его во время прогулки. Прозрачная чуть теплая вода и обилие цветущей растительности на берегу навсегда покорили мое сердце. Я потянулась и перевернулась на спину. Солнечный луч запутался в золотых блестках купальника -- подарка Дагена. Иногда хорошо быть принцессой! Никуда не нужно спешить -- всеми делами двух планет занимались брат и его команда советников. У меня была отдельная комната под платья, полный шкаф обуви, все драгоценности империи... И мне было безумно скучно. Выхода в галанет на Ардаре не было, редкие приемы навевали тоску своей официальностью. Я тенью слонялась по дворцу, не находя себе места.
Любимым моим развлечением стала игра в догонялки с Раккаром. Бритоголового советника выводила из себя моя способность ускользать от выставленной им охраны. А я что? Терпеть не могу, когда за спиной маячит чья-то тень. Так мы и жили -- первое, что я делала по дороге из своей комнаты -- скрывалась в одном из многочисленных потайных ходов. Иногда у меня складывалось ощущение, что Раккар сам знал далеко не обо всех.
Еще одним способом занять себя были тренировки. Нееруш гонял меня по дворцовому саду, заставлял ползать по лесу, драться с завязанными глазами... Воином я себя, конечно, не назову, но в случае опасности защититься теперь могу. А защищаться, я не сомневалась, однажды придется.
Тренировки с Дагеном были совсем другими. То, что я принимала за интуицию и эмпатию, оказалось нашим семейным даром. Члены императорской семьи могли чувствовать чужие эмоции, улавливать поверхностные мысли и даже заглядывать в воспоминания. Наши занятия со стороны напоминали игру в гляделки, и только нам с братом было известно, какие противостояния шли между нами в этот момент.
- Вот ты где! - бодрый крик прервал мое самокопание. - Жабры еще не отрастила? Тебя во дворце с утра ищут! Если бы у Раккара на голове были волосы, он бы их повыдергивал!
- Зачем я там понадобилась? - я приветливо махнула Рониарру. Хранитель знаний, знаток древних свитков и самый молодой советник -- всего двадцать шесть лет -- стал моим ближайшим другом на родной планете. Именно он, когда Шуаро обменял меня на кулон брата, оставался рядом и утешал меня. Терпел, когда в каюте взлетало в воздух все, что не было привинчено к полу, когда я выплескивала свою силу, пытаясь справиться с болью предательства. Рон изо всех сил старался заменить мне команду "Сальвадора". Он был надежным, как Тед, умным, как Скхах, хитрым, как близнецы и сильным, уверенным в себе, как капитан... Именно Рониарр не дал мне окончательно скатиться в пучину отчаяния во время долгого заседания Альянса и полета до Ардара. А еще у Рона была потрясающая черная коса длиной в полтора его роста и толщиной в две моих руки. Я все порывалась распустить эту красоту и нарисовать советника, но Рониарр свои волосы отдавать мне на растерзание категорически отказался. Ничего, никуда он от меня не денется!
- Забыла? Сегодня праздник Середины Лета. Тебе вечером принимать дары вместе с императором, - ардар-рапунцель покосился на платье, флагом развевающееся на рогах моего галда* -- Рыськи, и привязал рядом своего. Шустро скинул сапоги и рубашку, лишний раз обернул драгоценную косу вокруг шеи и запрыгал ко мне по каменной гряде.
О нет! Только не это! Любование хищной грацией полуголого ардара не помешало мне осознать всю гамму грядущих неприятностей. Проблема в том, что год назад я уже стояла у трона Дагена в день Середины Лета. К полуночи у меня сводило скулы от обязательной улыбки, ноги гудели, а взгляд обещал медленную и мучительную смерть всем присутствующим. Братец, к счастью, заметил это первым и мысленно посоветовал грохнуться в обморок. За что на следующий день поплатился -- ни один из стоявших за троном советников даже не подумал подхватить падающую принцессу. А пол в тронном зале, между прочим, каменный!
