Немец оставался в тюрьме и по-прежнему не раскрывал рта. Установить его личность так и не удалось. С теми немногими, кто явился его опознать, он имел дело под одним из вымышленных имен. Поскольку оставалась неизвестной даже национальность Немца, в его камеру приносили книги и газеты на различных европейских языках, а он, казалось, читал и понимал их с одинаковой легкостью.
Тем временем американская фармацевтическая компания была обвинена в поставках экспериментальных лекарств Тирелли. В свою защиту глава корпорации заявил, что препараты были украдены, а о краже было своевременно доложено властям. Генеральный директор, подозревавший, что за хищением стоял промышленный шпионаж, с прискорбием узнал, в каких целях были использованы лекарства. В пятидесятые годы основатель фирмы был одним из химиков, принимавших участие в проекте «Синяя птица», однако этот факт оставалось лишь списать на неудачное совпадение.
Коломба и Данте больше не теряли друг друга из виду. Спокойствие вернулось к нему прежде, чем у нее срослась челюсть, и он уговорил ее провести канун Рождества вместе. Они отправились в одно из его любимых местечек в Италии – расположенный в провинции Сондрио термальный спа-отель «Баньи Веккьи», куда Данте обычно приезжал на курс массажа.
Гостиничный номер с застекленными стенами выходил на открытый термальный бассейн, в который Коломба и Данте с удовольствием погрузились двадцать третьего декабря, наслаждаясь заснеженным пейзажем и контрастом между ледяным ветром и обжигающе горячей водой.
Шрамы Коломбы почти исчезли, но плававшим возле пары гостям и без того было на что посмотреть, и следы от пуль, остановившихся в миллиметре от ее почки, их ничуть не интересовали.
Данте лежал на воде, ощущая во рту послевкусие зеленого кофе. Этим кофе, который он считал непревзойденным средством детоксикации, Данте набил весь чемодан.
– Есть новости от Сантини?
Коломба вытащила голову из-под струи кипящей воды, льющейся с бортика бассейна:
– Он вернулся на службу. Говорит, что еще хромает. Надеется, что в следующую тысячу лет ни меня, ни тебя не увидит.
– Будешь с ним созваниваться, передай, что это взаимно. – Он по-детски пустил изо рта фонтанчик воды. – А что решила ты? Готова снова надеть форму?
– Пока не знаю. Курчо, похоже, хороший мужик, но… – Она покачала головой. – В общем, я еще подумаю. Больничный кончится только через несколько дней.
– А я решил сохранить свое имя.
– Вот и отлично, – улыбнулась Коломба.
Среди человеческих останков, найденных в цистернах, было обнаружено совпадение с ДНК Аннибале Валле. Находка положила начало судебному кошмару, хитросплетения которого пытался распутать Минутилло: требовалось решение суда, чтобы Данте –
– Если бы пришлось сменить имя, я бы выбрал имя Леоне. Как тебе? Или Леонидас.
– А почему не Рэмбо?
Данте ухмыльнулся:
– Или можно поступить, как Принц, и вообще обойтись без имени. Назваться в честь символа.
– Например, кофейным зернышком.
– Вроде того. Но я понял, что привык к имени Данте. – Он подплыл к гидромассажным струям и подставил им спину. – К тому же мое настоящее имя… Каковы шансы, что однажды я его узнаю?
– Шансов больше, чем выбраться из ямы живым, – заметила Коломба.
Данте обрызгал ее водой:
– Ненавижу тебя, когда ты такая оптимистка.
Она схватилась за бортик и подтянула себя наверх. Данте старательно отводил глаза, в отличие от половины мужчин в бассейне.
– Пойду приму душ, – сказала Коломба. – Увидимся за ужином.
– О’кей.
Данте снова откинулся назад и лежал на воде, пока не услышал, как звонит его новый мобильник. Он подплыл к краю бассейна и, не вылезая из воды, достал из кармана брошенного на бортике халата телефон. На экране высвечивалась надпись: «Неизвестный номер».
Данте замер в нерешительности. После освобождения он получил сотни звонков: кто-то просил его разыскать пропавших родственников, кто-то поздравлял со спасением, а кому-то хотелось осыпать его оскорблениями по им одним известным причинам. Поэтому Данте сменил номер, который теперь знали только его близкие друзья. Всем им было известно, что на звонки с неизвестных номеров он не отвечает. Но он был на отдыхе и в самом радужном настроении. Он принял звонок и спросил, кто говорит.
Ему ответил мужской голос без выраженного регионального произношения:
– Это ты тот, кто называет себя Данте Торре?
– Кто говорит? – повторил Данте.
Мужчина на другом конце провода, казалось, замялся.
– Мне не следовало звонить, и ты даже не должен был узнать о моем существовании, – наконец произнес он. – Но я не удержался. Не мог не позвонить, когда узнал о тебе. О том, что с тобой произошло. Я только хотел сказать, что рад, что у тебя все хорошо. Я был потрясен, узнав, что ты еще жив.
