В восемь вечера она зашла за Данте и, несмотря на его протесты, поволокла его за собой в бар «Момарт» в районе Номентана, где была отличная веранда для курящих, так что Данте не пришлось дожидаться в машине.
Инфанти был уже на месте. На столе перед ним стояла бутылка пива. Он поднялся, чтобы их поприветствовать.
– Мы с вами уже встречались, – сказал он Данте.
– Ну что, нашли презерватив? – съязвил тот.
– Вам известно, что такое досудебная тайна?
– Значит, не нашли, – ухмыльнулся Данте.
Они сели за столик, и Данте заказал свой обычный «московский мул», а Коломба попросила минералки. Во время пробежки она почувствовала, что потеряла форму, и решила, что пора вести более здоровый образ жизни. В последнее время она совсем распустилась. Стоял теплый вечер, и Данте в который раз подумал, что римский климат – одна из немногих причин, по которым он до сих пор здесь живет.
Пока Данте с маниакальной доскональностью описывал официантке состав любимого коктейля, Коломба и Инфанти перекинулись парой вежливых фразочек о пустяках. Затем она как бы невзначай осведомилась, как дела у Ровере.
– Я его в последнее время вижу редко, – осторожно ответил Инфанти. – Но он кажется каким-то увядшим.
– В смысле?
– Зарос щетиной, одежда мятая. Помнишь, каким он был первое время после смерти жены?
– Не слишком хорошо. Почти все это время я провела в больнице. Но я понимаю, о чем ты.
– Вчера он весь день просидел в кабинете и даже на звонки не отвечал. Сегодня не явился на встречу с начальником полиции… Тот взорвался, потому что Ровере избегал его всю неделю. Пожалуй, ему не помешает отпуск.
Коломба задумалась. Если Инфанти говорит правду, то Ровере не виделся с начальником полиции уже несколько дней. А значит, решение отстранить ее от расследования принадлежит не кому иному, как ему, что в очередной раз подтверждает подозрения Данте.
– Ровере вдовец? – спросил Данте.
Инфанти кивнул:
– Вот уже год. Его жена Елена умерла после долгой и мучительной болезни.
– Детей у него нет? – поинтересовался Данте.
– Нет.
Чтобы сменить тему, Инфанти открыл портфель и достал ноутбук. Ему не хотелось перетирать кости шефу перед посторонним, который к тому же проявлял к беседе нездоровый интерес.
– У меня есть то, что тебе нужно, Коломба.
– Ты все нашел?
– Все несчастные случаи и убийства несовершеннолетних. Что до убийств, то я уверен, что здесь все. Их около сорока.
– Сорок три, – поправил Данте.
Инфанти кивнул:
– Да, точно. Браво! – Он открыл ноутбук, который со свистом включился. – Что до несчастных случаев, то вряд ли удалось собрать
– В отчетах описано состояние трупов?
– Не всегда, но, повторюсь…
– Ты сделал все, что мог, – закончила за него Коломба. – Знаю, спасибо.
Инфанти вставил в порт столь разбитую флешку, что ее пришлось обмотать скотчем, чтобы она не развалилась.
– Я все перевел в формат «Эксель». Здесь триста двенадцать отчетов, – сказал он, ткнув пальцем в экран. – Я сделаю тебе копию.
Данте заглянул ему через плечо.
– Здесь нет фотографий, – промямлил он, зажав между зубами соломинку от коктейля.
– Вам нужны фотографии трупов? – раздраженно переспросил Инфанти. Он из последних сил старался терпеть Данте, но удавалось ему не слишком хорошо.
– Фотографии жертв до того, как они стали трупами.
– Их нет ни в нашей базе, ни в базах других правоохранительных органов. Максимум, что можно сделать, – это запросить в дорожной полиции снимки с мест аварий.
– Придется попросить фотографии у родственников погибших, – сказал Данте.
– Вы что, шутите? – опешил Инфанти.
– Да, такое уж у меня извращенное чувство юмора.
Инспектор повернулся к Коломбе:
– Можешь объяснить, зачем вам фотографии погибших детей?
Она смущенно пожала плечами:
– Хотим кое-что проверить.
– Что?
– Не спрашивай.
– Я не могу не спрашивать! Если хоть один из тех, кому вы звоните, пожалуется, всплывет и то, что я тебе помогаю. Скажи, во что ты меня впутываешь.
– Не могу, – вздохнула Коломба.
Инфанти недовольно поморщился. Он согласился помочь начальнице, с которой проработал три года и которую знал как необычайно одаренного и решительного профессионала. Но сидящая перед ним женщина была лишь ее бледным подобием. Она казалась печальной и выбитой из колеи. Словно что-то грызло ее изнутри. Он понял, что допустил ошибку:
– Прости, Коломба, но я передумал.
Данте резко подался вперед и вырвал флешку из порта. Компьютер негодующе пискнул.
– Слишком поздно.
Инфанти в ярости схватил его за руку и притянул к себе:
– Что ты себе позволяешь, кусок дерьма?
Данте продолжал молча сжимать в кулаке свою добычу. Насилие было настолько ему чуждо, что в ответ на агрессию альфа-самцов или тех, кто мнил себя таковым, он обыкновенно попросту замыкался в себе. Однако в прошлом ему случалось два-три раза выйти из себя, и заканчивалось все проблемами с законом.
– Отдай, – все сильнее сжимая его руку, сказал Инфанти.
Данте продолжал пассивно сопротивляться, не глядя ему в глаза. Ему становилось все больше не по себе.
– Отпусти его, Кармине, – сказала Коломба. – Не веди себя как придурок.
– Скажи ему, пусть вернет флешку.
