– Остальные, увы, до сих пор живут в мире смертных, – недовольно поморщился мастер Ганн. – Они цепляются за него всеми силами. За власть, за влияние, традиции… ценности. Не могут осознать, что никакие законы не сдержат того, кто будет силён по-настоящему. К сожалению, тех, кто осознал эту простую истину, можно сосчитать по пальцам двух рук.
– Но разве не поэтому они так держатся за контракты? – нахмурился парень. – Боятся, как бы не появился кто-то сильный из простолюдинов?
– Частично, – согласился Ганн. – Пытаются сохранить шаткий баланс между тремя семьями и не допустить чернь до ресурсов, которыми обладают. Увы, благородных стало слишком много со времени основания Города, а даром повелевать атрой владеет едва ли пятнадцатая их часть. Остальные могут лишь праздно жить, гордясь собственной важностью и положением, дарованным по рождению, – мастер говорил спокойно, словно его это не касалось ни в коей мере. – Именно они изо всех сил радеют за традиции и силятся не допустить чернь к богатствам – ведь иначе многим пришлось бы расстаться с роскошной жизнью, а расставаться с ней никто не желает, ибо не видит причин. Всё как в строках древних легенд. Гордыня, алчность, власть и жуткий, почти животный страх её потерять. Ничего больше, – скривился мастер, – поэтому Мариса наказали так сурово. Хотя, что именно двигало Гораном, когда он выносил приговор тебе, я до сих пор не понимаю…
– И всё же… – Эдван сглотнул, – зачем вы меня похитили?
– Чтобы спасти, разумеется, – усмехнулся мастер, – всё-таки в твоём изгнании есть моя вина. Тебе будет интересно узнать, что совсем недавно в твой дом вломились бойцы Когтя из семьи Джоу и перевернули там всё вверх дном. Двое из них, кстати, сейчас наблюдают за окнами с заднего двора.
– А…
– Твои вещи лежат в углу той комнаты, где ты очнулся. И нет, я их не рассматривал, хотя, признаюсь, было очень любопытно заглянуть в твоё любовное послание юной госпоже Морето, – с лёгкой улыбкой на губах поведал мастер.
– Спасибо, – тихо прошептал Эдван, вздохнув с облегчением. Он только что осознал, насколько сильно ему повезло. От одной мысли о том, что его могла взять в оборот семья Джоу, по спине пробегал холодок.
– Это мелочь, – отмахнулся мастер, – а действительно важно то, что через три ночи ты должен будешь покинуть город, – в мгновение ока он стал куда серьёзнее. – Я могу помочь тебе подготовиться, но за это я бы хотел получить ответы на некоторые вопросы.
Эдван внимательно посмотрел на мужчину в соседнем кресле. Его лицо было непроницаемым и холодным – таким же, каким оно было на их самом первом занятии. Мастер ждал его ответа совершенно спокойно, а парень, в свою очередь, пытался понять, есть ли у него вообще какой-то выбор. Где-то в груди начал образовываться ком обиды, но юноша усилием воли задавил его в зародыше. Выбора не было. Проклятые благородные получат его знания в любом случае! Всё, что он может решить, так это то, кому их передать: мастеру Ганну или бравым ребятам из клана Джоу. И что-то подсказывало парню, что второй вариант лучше не выбирать.
– Спрашивайте…
– Рад, что мы договорились. Для начала скажи, известно ли тебе что-нибудь о Башне Отверженных? – спросил мастер. Эдван отрицательно качнул головой, и мужчина, кивнув каким-то своим мыслям, продолжил: – Это руины древней башни, которые находятся на Плеши. Так называется холм, на котором она стоит. Поймёшь, когда увидишь, – пояснил он. – Это место является пристанищем для всех изгнанников. Ну, тех, кто остаётся в живых. По какой-то неясной причине твари избегают этих руин, и те, кому вынесена высшая мера наказания, обретаются там. Они добывают для города камни атры в обмен на еду. За стеной довольно трудно достать пропитание…
– И много ли изгнанников там живёт? – осторожно поинтересовался парень.
– Не очень, – жёстко усмехнулся мастер Ганн, – с буханки хлеба за камень особо не наешься. Тем, кто посильнее, удаётся протянуть от нескольких месяцев до нескольких лет, пока не убьют твари, товарищи или солдаты…
– Солдаты? – насторожился Лаут.
– За пределами стены запретов нет, – пожал плечами Ганн, признавая, что, по большому счёту, городские воины вольны делать что угодно с изгнанниками, – но обычно до убийства не доходит. Считается, что их существование хуже смерти, а потому и убивать нет смысла. К тому же они добывают камни атры. Проку от них, конечно, куда меньше, чем от местного месторождения, однако даже так изгнанники приносят пользу городу. Ты, конечно, не обязан туда идти… но это в любом случае лучше, чем просто слоняться по Туманной чаще в одиночку. По крайней мере, там ты сможешь отдохнуть. В каком-то смысле. На каком ранге ты сейчас? – внезапно спросил мастер.
– На шестом.
– Плохо, – скривился мужчина, – для первого года впечатляюще, конечно, но тебе нужно как можно скорее добраться до следующей ступени, если действительно хочешь выжить. Иначе… долго ты за стеной не протянешь. Даже там.
