Личная охрана Гитлера не делала исключения даже для рейхсфюрера, остановив автомобиль, молоденький оберштурмфюрер осмотрел салон и, не заметив ничего подозрительного, распорядился:
— Проезжайте!
Шлагбаум приподнялся, и «Мерседес-Бенц» въехал на территорию «Бергхофа».
Адъютант проводил Гиммлера в просторную гостиную, где обычно проходили мероприятия, и рейхсфюрер догадался, что сразу после его доклада намечается совещание, где Гитлеру должны будут докладывать об обстановке на Восточном фронте.
Ждать пришлось недолго — минут через десять в комнату вошел Гитлер. Где-то за дверьми раздался звонкий голосок Евы Браун, в замке она была полновластной хозяйкой. Гиммлер знал, что она сторонилась его общества, и если бы она сейчас вошла в комнату, то ему пришлось бы выражать преувеличенная учтивость.
Вскинув руку, фюрер поприветствовал Гиммлера издалека, а потом они обменялись рукопожатием.
Сев в свое любимое кресло, Гитлер предложил Гиммлеру устраиваться рядом. Поблагодарив кивком головы, тот неторопливо подошел и сел.
— В последнее время я очень много слышу о Национальном комитете «Свободная Германия» и «Союзе немецких офицеров». Что вы можете сказать об этом, Гиммлер?
— Эти организации были созданы по распоряжению Сталина из пленных немецких солдат и офицеров. К ним примыкают немецкие коммунисты, эмигрировавшие в Россию. Но уверяю, мой фюрер, они не имеют никакого значения даже в пропагандистских целях.
— Мне тут доложили, что Сталин собирается создать из них воинские формирования и отправить их воевать против нас. Что же это получится, немцы будут воевать против немцев!?
— У меня другая информация. Действительно, к Сталину обращались с такой инициативой, но он отклонил это предложение, сказав, что фашистов разобьют русские солдаты без помощи немцев.
— Хоть в этом он проявил такт… Хотя для Сталина не существует никаких правил в войне, он поступает всегда так, как ему заблагорассудится!
— Сталин зашел слишком далеко, мой фюрер, и чем раньше мы его уничтожим, тем будет лучше.
— И вы ко мне с тем же предложением, — нахмурился Гитлер. — Нечто подобное я выслушал две недели назад от Риббентропа.
— Риббентроп прав, мой фюрер. Большевистский режим в России держится только на Сталине. Как только мы его уничтожим, то немецкие солдаты больше не будут погибать.
Гитлер задумался, откинувшись на спинку кресла. Помолчав, он спросил:
— И как же вы это себе представляете?
— Предоставьте это нашим разведслужбам, они сделают все, что нужно.
Дверь в зал совещаний приоткрылась, и, цокая когтями по паркету, в комнату вошла любимая овчарка фюрера Блонди. Вильнув хвостом, она прижалась к ноге Гитлера.
— Ах ты, моя девочка. Хочешь, чтобы я вывел тебя погулять? — Гиммлер понимающе улыбнулся. — Хорошо… Если это необходимо для Германии, я согласен! Кому вы можете поручить это дело?
— Думаю, что лучше всего с ним справятся Кальтенбруннер и Шелленберг.
— Что ж, пусть так и будет.
— Разрешите идти, мой фюрер?
— Идите, мой друг…
Выходя из зала, Гиммлер едва не столкнулся с Евой Браун. Женщина сделала вид, что не заметила рейхсфюрера (так оно лучше для обоих, не нужно будет рассыпаться в реверансах). Говорят, что ее характер очень сильно надломился после того, как в Мюнхене, недалеко от ее виллы, какие-то женщины крикнули ей вслед: «Потаскуха фюрера». Гитлер приказал установить вокруг ее дома дополнительные посты полиции, но вряд ли она забудет это обидное происшествие.
Ханц Грейфе остановился перед высокой массивной дубовой дверью с бронзовой ручкой, сделанной под старину. Достаточно одного взгляда, чтобы понять: человек, сидящий за дверью этого кабинета, — человек значительный и наделен в рейхе немалой властью. Впрочем, так оно и было в действительности, хозяином кабинета был начальник полиции и безопасности СД Эрнст Кальтенбруннер.
Первый раз Грейфе побывал в кабинете у группенфюрера в марте сорок второго года, когда тот решил познакомиться с будущим руководителем «Предприятия „Цеппелин“.
На «Предприятие» возлагались большие надежды. Диверсии в глубоком тылу врага, главным образом на оборонных предприятиях, железных дорогах, узлах связи. Распространение дезинформации и панических слухов среди мирного населения. Вербовка информаторов и агентов. Теракты против руководящих работников… Словом, тотальная работа, направленная на расшатывание тыла, подрыв экономики, устрашение населения. Руководить «Цеппелином» должен был опытный в таких делах человек, к тому же умеющий мыслить масштабно, видеть всю стратегию действий в целом и пренебрегать мелочами.