— Так, щас посмотрим… — Пепси перешел к противоположной ветке. — «Асла-нян… после исчезновения Урарту праправнук Асланяна устроился садовником при дворе княгини Ольги, сын садовника получил в наследство большие наделы в Черноземье и стал выращивать пшеницу, его дочь вышла замуж за француза, некоего Ле Бёффа, и открыла по всей центральной России пекарни, где пекла круассаны и французские батоны, после нападения французов в двенадцатом году их внук бежал в Австро-Венгрию и осел в граничащей с Трансильванией области, где наладил производство знаменитой венгерской „палинки“…»
— Чего? — Хот-Дог почувствовал недоброе.
— Это их национальная водка на меду, венгерская. Мне один «жених» привез, из Будапешта, Юшка… Имя такое у него — Юшка… Чистая самогонка…
— Юшка — это кровь… — Я вспомнил, что в детстве часто дрался во дворе с одним пацаном, и его мать приходила к моей и жаловалась: «Ваш сын разбил моей детине нос, и у него юшка теке». И я спрашивал у мамы, что такое юшка. И мама отвечала мне — кровь… по-украински… Хоть и слова разные, а цвет у нашей крови был один и тот же.
— «…„палинки“, — продолжил Пепси. — Его внучка, Каринэ Ле Бёфф, была завербована в секту, поклонявшуюся графу Дракуле, и вскоре объявила себя принцессой Вампиров… долгое время она держала в страхе всю приграничную с Румынией территорию, нападая на людей и крупный рогатый скот… после революции Каринэ Ле Бёфф объявилась в России, где возглавила первый Красный завод по розливу коньяка…»
— Хорошая родословная — каннибалы, вампиры… Как же из всего из этого Хот-Дог получился?
— Вот, «племянница Каринэ Василина закончила ремесленное и приехала строить в наш город первую в Союзе атомную станцию, и она и есть бабушка Хот-Дога». — Пепси задумался. — Чо, твою бабку правда Василиной звали?
— Вроде… Я ее никогда не видел… У матери фотка есть, там на обороте написано карандашом… Василина Миримская… В браке с неким Артуром Егоровым она родила дочь Нину… это мама… Нина — это моя мама… — Хот-Дог был взволнован.
— Да, правильно, — продолжал свой сказ Пепси. — Теперь посмотрим, откуда есть твой отец. Он у нас из этой ветки прорастает. Так, «внук Ивана Ананиассена, Федор, сменив после Октября 1917-го фамилию на Ананьев, выучился на плиточника и тоже приехал строить атомную станцию, тут он женился на некоей Фаине Хотеевой, взял ее фамилию»… и его сын, Родион Хотеев и есть Хот-Догин дедушка…
— Деда Родя… — прошептал Хот-Дог.
— «Сын Родиона, Денис, в 1961 году сочетался браком с Ниной Егоровой». — Тут Пепси торжественно ткнул пальцем в верхушку генеалогического древа. — Вот, Хот-Дог, видишь макушку, это ты.
— Я?
— Да, вот, как бы голова у дерева, это ты.
И Пепси зафиналил:
— Вот откуда есть пошла семья твоя и ты сам, Хот-Дог!
Хот-Догу было очень приятно — он многое про себя понял и заодно подсел на древность. Хот-Дог начал покупать всякие книжки с легендами земли русской, он даже их читал, а потом пересказывал всем нам. Хот-Дог призывал нас не забывать о своих корнях, поэтому он и предложил примотать наконечник, как это делали в древности наши предки. Примотать мы решили колготками Наташи. У нее были черные «Omsa» и красные «Woolford». Мы, конечно, положили глаз на красные, но Наташа их нам не дала.
— Вы что?! Это же «Woolford»! У них пальчики по полгода не рвутся!
Конечно, красными было бы эффектнее, но… Орудие убийства было готово, и сценарий написан, и роли распределены, кроме Наташиной.
— Я буду заниматься вашим алиби… так, на всякий случай… все равно после убийства расследование затеют… я тусанусь в баре, познакомлюсь с кем-нибудь, потом скажу, что и вы со мной были…
— Какое-то скользкое алиби, — первым возразил Хот-Дог, и это опять навело меня на мысль, что у них с Наташей снова отношения.
— Слушай, Наташа, есть покруче алиби — мы тут с одной девчонкой познакомились, с прибалткой… — Наташа взглянула железным взглядом на Хот-Дога, а он и не понял, что сейчас на него злятся, он привязывал наконечник «Омсой». — Она танцовщица…
— Отлично… — Наташа пошла в ванну, переодеваться, это означало, что она очень сердится, но не хочет показывать вид. — Говори, говори, я услышу…
— У нее проблема, она сегодня выступает, а ее парни подвели, она нас попросила ей помочь, это будет отличное алиби, мы судью треснем, и к ней… на подтанцовку… повертимся там, помелькаем, столько народу нас увидит… Эта девчонка, ее Илза зовут, она любое время назовет, вообще скажет, мы с ней весь вечер провели!
Наташа вышла во всей красе, но уже не такой, как после душа. Она надела открытый купальник, а бедра перевязала прозрачным платком. В принципе, Наташа и не была прямо уж красавицей, она была из таких… из приятных… но именно такие и волнуют больше всего, но не в купальнике.
— Когда вы успели?
— Когда плавки покупали! — Хот-Дог молодец! Оказывается, он тоже «забычил» на Наташу по какому-то своему поводу, наверное потому, что она решила с кем-то познакомиться, пока мы будем убивать судью. И он ей отомстил. И как изощренно! Выложил все про наше знакомство с Илзой. А казалось, что он в данный момент ничего не прорубает.
