За одну ночь Чан Гэн превратился из бедного студента в настоящего молодого господина. Разумеется, обращение к нему хозяина постоялого двора не могло не стать более уважительным, чем раньше.
Надевая изящные одежды, он каждый день ездил верхом по казенному тракту. Никто не знал, ожидал ли он кого-то или просто показушничал.
Конечно же, как и любая одежда, эта не могла не испачкаться. Возвращаясь к концу дня, молодой человек с сожалением подмечал, что его одежды покрылись слоем пыли. Чан Гэн не хотел никого обременять, поэтому он тщательным образом отстирывал их сам. У него не было других вариантов, поэтому приходилось приводить одежду в порядок самостоятельно, ведь у Чан Гэна в запасе было всего два комплекта одежды "молодого господина". Если бы он не трудился так усердно, у него попросту не осталось бы другой одежды, в которую мог бы переодеться.
Каждый новый день, когда Чан Гэн садился на лошадь, его голову неизменно посещала горькая мысль: "Возможно, мне стоит уйти".
Он не видел Гу Юня больше четырех лет. Его тоска по нему и то, насколько сильно он скучал – эти чувства, копясь, превратились в огромную гору. И каждый раз смотря на нее, Чан Гэн не мог не испытывать страха, раздиравшего его грудь, что эта самая гора может рухнуть от малейшего порыва ветра.
Он так хотел сбежать, но не мог. Каждый день он неизменно сражался с самим собой. До сих пор не найдя решение, он вновь и вновь появлялся на официальном тракте. Тратя дни, Чан Гэн мог только плыть по течению. Он весь день питался ветром и песком, но дорогу не пробегал даже кролик. Возвращаясь поздним вечером обратно, он каждый раз обещал себе: "Я подожду еще завтра утром, а потом сбегу на всю жизнь".
На следующий день он забирал свои слова обратно и возвращался на казенную дорогу.
Ворох противоречивых мыслей и чувств захлестнули Чан Гэна – последние пять дней он пребывал в этом неотвратимом безумии. К вечеру пятого дня, когда молодой человек уже повернул своего коня, чтобы возвратиться на постоялый двор – он замедлил свой ход, чтобы полюбоваться заходящим на западе солнцем, окрасившим небо в кроваво-красные цвета. Это зрелище казалось ему невероятным. Он не мог сдержаться от такой красоты и остановился, позволяя лошади насладиться травой. И тут Чан Гэн вспомнил о том, чем он занимался последние несколько дней. Он не знал, смеяться или плакать. "Если Ляо Жань узнает об этом, он, наверное, будет смеяться, пока не выпадут зубы," – подумал Чан Гэн.
В этот момент молодой человек внезапно услышал позади себя звук конских копыт. Он развернул лошадь, чтобы отойти с дороги. Когда он инстинктивно оглянулся, то увидел множество больших и сильных коней, стремительно бегущих вперед. Они все быстрее и быстрее сокращали дистанцию между ними. Позади ряда скакунов промелькнул запряженный экипаж.
Издали кавалерия казалась одета в обычные наряды. Они выглядели так же, как и все остальные путешественники, какие очень спешили куда-то.
Никто не знал, почему, но сердце Чан Гэна внезапно начало биться быстрее.
Примечания:
1. Фестиваль середины осени...
?? - chongyang – 9-е число 9-го лунного месяца, праздник двойной девятки, праздник хризантем (народный праздник в Китае).
2. «Ли» — название двух китайских единиц измерения расстояния:
первая — кит. ?? или кит. ?, Li — для больших расстояний, в древности ли (?) составляла 300 или 360 шагов (?, бу), стандартизированное метрическое значение — 500 метров;
вторая — кит. ??, стандартизированное метрическое значение которой составляло 1/3 мм. В китайском языке эти слова пишутся разными иероглифами и произносятся разным тоном.
Глава 39 «Разбойное нападение»
***
«Как сладки речи этого ребенка, — подумал Гу Юнь. — Это слишком опасно».
***
Сквозь завывания порывистого ветра и мерный цокот подков Шэнь И сумел уловить неприятные звуки из экипажа и понял: внутри было что-то не так. Он подогнал лошадь поближе и пересекся взглядом с Гу Юнем. Имитируя жест дурноты, Шэнь И прижал к груди свободную руку, безмолвно спрашивая, как поступить, если человека из экипажа сейчас вырвет.
Гу Юнь усмехнулся, одним своим выражением лица подсказав ответ: мол, так ему и надо; а ты будешь хорошим подчиненным и как следует уберешь за ним.
Гу Юнь отправился на юг из-за похорон члена семьи Фу Чжичэна, главы министерства военной разведки. Только что скончалась пожилая матушка генерала Фу, поэтому тот направил в императорский двор письмо с просьбой разрешить ему на время оставить свой пост и вернуться домой, дабы он мог выразить свое сыновнее благочестие.
На самом деле «похороны» оказались подходящим предлогом отойти от службы, чего ни один чиновник прежде не мог позволить себе.
Если главнокомандующий отправится в увольнение на несколько лет, кто будет исполнять его долг и нести ответственность за солдат, если начнется полномасштабная война?
