Искусный подхалим Чжэн Кунь давно служил наместнику Яну и решил, что верно истолковал намек: Янь-ван еще молод и неопытен. Амбиции принца велики, но он практически сразу их выдал, поэтому не составит труда обвести его вокруг пальца. Государев слуга по фамилии Сюй глуп и беспомощен, прочитал слишком много книг и не представлял особой угрозы. Пока непонятно было только, по какой причине Аньдинхоу не приехал. То ли чтобы избежать подозрений, военный командующий решил не вмешиваться во внутренние дела государства, то ли это Янь-ван отослал неугомонного маршала прочь, решив сам во всем разобраться.
Ян Жунгуй с Чжэн Кунем с улыбкой переглянулись.
— Поскольку распространяемые простолюдинами нелепые слухи достигли столицы, вполне логично, что Его Высочество пожелал провести небольшое расследование, — сказал Ян Жунгуй. — Иди распорядись, чтобы слуги тщательно все подготовили. Дела наши праведны, а совесть чиста, поэтому нам не страшно никакое расследование.
Чжэн Кунь понимающе улыбнулся и ответил:
— Слушаюсь, господин может не беспокоиться.
Когда Ян Жунгуй услал воодушевленного Чжэн Куня с поручением, лицо его больше не выражало притворной радости. Оно стало злым и коварным.
Очевидно, будет непросто отправить в столицу Янь-вана с пустыми руками, но Ян Жунгуй не ждал, что у него возникнут сложности. Если бы шилан Люй не предупредил его об этом визите заранее, Ян Жунгуй, возможно, и попался бы на удочку принца. Что за коварный план замыслил этот непостоянный Янь-ван? Как мог он оказаться всего лишь молодым невеждой?
Они решили провести серьезную тайную инспекцию, о которой не знал даже Чжэн Кунь. Если бы сразу по прибытию Янь-вана в провинцию разыгралась буря и полетели головы, местным властям было бы гораздо проще ориентироваться в ситуации. Но пока принц проявлял крайнюю осторожность... Это не предвещало ничего хорошего.
Лучше как можно скорее с ним разобраться.
Пока Ян Жунгуй вместе с другими местными чиновниками показывал императорскому ревизору и его помощнику расположенный в пригороде дом для "беженцев", где почти никто и не жил, замаскированные под торговцев Чан Гэн и Сюй Лин проводили свое тайное расследование. Сюй Лин не понимал, как столь высокородный человек как Его Высочество Янь-ван может ориентироваться в городе, как рыба в воде, и запросто заводить знакомства и с лодочниками и мелкими лавочниками, и с людьми из цзянху самого разного рода занятий. Пока все взгляды были прикованы к двойнику принца, никто не обращал на настоящего внимания. Всего за пару дней Сюй Лин и Янь-ван сумели обзавестись сразу несколькими приятелями, которые охотно приглашали их в гости отобедать.
Постепенно их расследование сдвинулось с мертвой точки.
— Выходит, раньше в пригороде располагалось множество домов с беженцами, а теперь никто не знает, куда все подевались? Ваше Высо... Хозяин, будьте осторожны!
От разговора с трактирщиком у Сюй Лина мороз шел по коже. Но он не выпускал из поля зрения Янь-вана.
Они сидели в небольшом трактире в предместьях Янчжоу. Само заведение к тому времени уже закрылось. Хозяин таверны носил фамилию Сунь и в молодости сопровождал и охранял караваны. У него была безобразная разбойничья рожа, да и характер прескверный. Стоило гостям немного его рассердить, как он немедленно выставлял их вон. Лишь благодаря его умению готовить изумительные вина и тому, что к нему часто заглядывали бродяги из цзянху, заведение его, вечно находящееся под угрозой закрытия, до сих пор не разорилось. Тем не менее, трактирщик Сунь умудрился поладить с Янь-ваном. Тот же находился в отличном настроении и вырезал новую вывеску. Закончив, он встал на колченогую шаткую скамейку, чтобы повесить ее на дверь.
Трактирщик Сунь громко расхохотался и ответил Сюй Лину:
— Твой хозяин довольно сметлив. Не стоит тебе забивать этим свою милую головку. Какая разница, что случилось с беженцами? Тем более сейчас, когда Цзяннань в руках этих псов иностранцев и люди разбрелись кто куда. Даже если все беженцы померли, какая теперь разница.
— Я слышал, что Цзянбэй наводнили тысячи беженцев, — признался Сюй Лин. — Мы с хозяином приехали сюда, чтобы изучить, как идут дела вдоль Великого канала. Мы бы хотели построить здесь свои предприятия и нанять беженцев на работу. И вот в конце долгого пути выясняется, что их тут живет всего ничего. Где нам тогда найти работников?
Трактирщик Сунь успел к тому времени выпить один цзинь шаосинского рисового вина [2]. Лицо его раскраснелось, а глаза заблестели. Глядя на Сюй Лина, он пьяно ухмыльнулся, показав желтые зубы:
— Постой, чего это ты у меня все выспрашиваешь?
Сюй Лин растерялся.
Чан Гэн аккуратно прибил молотком новую вывеску ко входу. После чего с улыбкой спрыгнул вниз и покачал головой. Трехногая скамейка за то время, пока он вешал вывеску, даже не шелохнулась. Все детство и юность господин Сюй просидел за книгами и плохо разбирался в том, что творится во внешнем мире, а потом сразу стал придворным чиновником. Откуда человеку, невыезжавшему за пределы столицы, знать, как себя вести с суровыми и хитрыми людьми из цзянху?
