На лице Слая сохранялось то же безразличное выражение, он лишь выдохнул новую порцию сигаретного дыма. Джон вдохнул часть его, утешив себя тем, что он уже слабее, профильтровавшись в легких Слая.
— Где ты ее нашел? На распродаже? — спросил Макклафлин.
— Без комментариев.
Макклафлин кивнул:
— Ну разумеется. Однако на основании этой лампы записан специальной ручкой почтовый код, который высвечивается под действием ультрафиолета. Пока мы тут разговариваем, владелица лампы едет в участок. Но прежде чем отправиться в путь, она сообщила нам, что человек, взявший лампу, также угнал «БМВ», пригрозив, что убьет ее, если она не отдаст ключи.
В комнате воцарилась тишина. Джон и Макклафлин смотрели на Слая, который сидел развалившись и подергивал коленом.
— Как ты думаешь, Эшли, — прошептал Макклафлин, — или лучше звать тебя Слаем? Это имя тебе больше подходит. Как ты думаешь, когда она услышит твой голос в записи допроса, то вспомнит, что он принадлежит человеку, угрожавшему ей в ту ночь?
Слай смотрел в пол.
— Без комментариев, — пробормотал он.
Тишина в комнате была внезапно нарушена Джоном, который стукнул кулаком по столу. Адвокат едва не свалился со стула от страха, а Слай вздрогнул.
— Ты что же думаешь, — взревел Джон, — что твое «без комментариев» поможет тебе выбраться из передряги? Мы ведь даже еще не сказали тебе, что такую же жевательную резинку, как у тебя, мы обнаружили в квартирах трех убитых женщин. И у всех у дома стояли роскошные автомобили, какие тебе нравится угонять.
Наконец-то выражение скуки исчезло с лица Слая. Он выпрямился и проговорил:
— Нет, нет, это ты мне не пришьешь.
— Мы не занимаемся пришиванием, друг мой, — ответил Джон. — В твоей квартире я заметил несколько очень дорогих костюмов. Один даже от Армани. Чистая шерсть, бледно-зеленый цвет? Такой, как на тех волокнах, которые мы обнаружили в квартирах жертв.
Слай покосился на адвоката, но тот лишь таращился на него, как испуганный кролик.
В дверь постучали, и в комнату заглянул полицейский:
— Босс, приехала леди из Алтринхема.
Макклафлин кивнул:
— Ладно. Допрос прерван в… — он взглянул на часы на стене, — семнадцать сорок пять. — И выключил магнитофон.
Джон встал, наклонился через стол и, приблизив свое лицо вплотную к Слаю, тихо промолвил:
— Требуется, чтобы волокна с мест преступления и твоего костюма совпали. И ты пропал. В таких громких делах всегда так бывает. Кого-нибудь всегда топят, и ты наш лучший кандидат. Вне конкуренции. — Он обратился к адвокату, сидящему с вытаращенными глазами. — Может, вы объясните этому придурку, своему клиенту, что английские тюрьмы полны людьми, получившими пожизненное заключение при значительно меньшем количестве улик, чем у нас есть на него.
Торопясь догнать начальство, Джон быстро покинул помещение для допросов. Босс ждал его, лицо покраснело от злости.
— Сюда! — велел он, заходя в пустую комнату.
Удивленный Джон шагнул в дверь и услышал, как она за ним захлопнулась.
— Я глазам своим не верю, в каком жутком состоянии физиономия этого человека! — выпалил Макклафлин в гневе.
— Сэр?
— Ты бил его в присутствии посторонних. Половина проклятого зуба осталась на ступеньках торгового центра. Что это за игрища?
Джон безмерно удивился.
— Но он сопротивлялся аресту, сэр, вы сами так сказали.
— Он слегка отмахивался, — поправил его Макклафлин. — У меня куда больше жалоб на твои грубые методы, чем подтверждений, что он сопротивлялся аресту. Остается надеяться, что адвокат действительно такой лох, каким кажется. — Макклафлин потер ладонями щеки, причем кожа вокруг глаз при этом то поднималась, то опускалась. Глубоко вздохнул. — Джон, когда я рекомендовал повысить тебя в должности, то делал это с одной оговоркой. И я имел в виду твою тенденцию впадать в такую одержимость, что ты теряешь контроль над собой. Одно дело вмазать как следует в камере или в полицейском фургоне, но никогда нельзя этого делать при посторонних. Они мгновенно завопят о правах человека, и не важно, о каком дерьме идет речь. Ты должен научиться контролировать свою агрессивность. И как ты снова поступаешь? Едва не разбиваешь стол кулаком.
Джон молчал, и Макклафлин взглянул на часы:
— Почти шесть. Пожалуй, на сегодня пора заканчивать. Отправляйся в спортзал и выпусти пар. Я закончу допрос в темпе.
Джон встал, но не мог уйти, ничего не объяснив.
— Я поймал его, сэр. Вы не можете просто снять меня с расследования.
Макклафлин смотрел в стену.
— Ты вернешься к расследованию завтра, когда остынешь. В теперешнем твоем состоянии от тебя никакой пользы.
Джон хлопнул дверью, вышел из здания и двинулся по дороге. Он шагал без всякой цели, гнев мешал ему четко видеть. Ему требовался паб, нечто полутемное и пустое, где он сможет сесть и напиться.
Оглядевшись, Джон заметил на противоположной стороне неказистое заведение. Он перешел дорогу и вошел. Хотел попросить пинту горького пива, но вместо этого сказал:
— Пинту «Стеллы» и двойную порцию виски, спасибо.
В пабе, кроме него, никого не было, поэтому Джон сел в углу, положил пиджак на колено и закатал рукава.