— Я и не плакала, мой дорогой, — мягко начала она, опустившись перед ним на корточки. — Спасибо тебе за такой чудесный подарок! Мне очень приятно, но… — девушка запнулась. Говорить об этом всегда тяжело. А делать это с ребёнком… — Я не знала, что твои родители погибли. Когда это случилось?
Огромные ярко-серые глаза мальчика смотрели на нее со всей болью одинокого сердца, с которой она была знакома не по наслышке.
— Когда я был еще совсем маленьким. Они уехали на работу и больше не вернулись, — произнес Маркус, невинно пожав плечами. — Бабушка говорит, они теперь живут вот тут, — маленькая ладошка указала на грудь в области сердца. — А ваши родители тоже ушли на небеса?
— Да, — сглотнув огромный ком, вставший поперк горла, ответила Хелена. — Но это было очень давно… Спасибо еще раз за твой подарок. Я знаю одного человека, которому он очень нужен. Ты согласишься, если я отнесу его ему?
Он с минуту смотрел на свою учительницу, изучая ее своим умными глазками, после чего согласно кивнул.
— Я нарисую для вас еще! Только если вы пообещаете больше не плакать, — Маркус протянул руку для рукопожатия. — Бабушка говорит, что слезами горю не поможешь.
— Твоя бабушка права! — Хелена взяла его ладошку в свою и некрепко сжала. — А теперь беги за своей группой. Увидимся на следующем уроке.
Проследив взглядом за удаляющимися детьми, девушка перевела задумчивый взгляд на двух ангелов, сидящих на пушистом облаке.
Анжелика переводила глаза со своего крестника, на Роберта, не в силах поверить всему, что эти двое рассказали.
Как такое возможно?! Разве люди способны на подобную жестокость?
— Это точная информация? — с ненавистью отшвырнув папку с бумагами, спросил Майкл. Весь его внешний вид кричал о готовности убить каждого, чье имя значилось в этом отчете.
— Закери Тернер — это еще тот персонаж, — после тяжелого вздоха начал Моретти. — Сирота. Родился и вырос в пригороде Нью-Йорка. До шести лет воспитываются в приюте, откуда сбежал. Часто был замечен в компании беспризорников и мелких мошенников. На Харриса вышел случайно, когда попытался украсть у того кошелек. С тех пор находился под его покровительством и выполнял разного рода грязные поручения. Обыкновенная мелкая сошка…
— Мелкие сошки обычно не разгуливают с лицом Хейза и, тем более, не живут в его доме! — перебил друга Майкл, нервно закуривая сигарету.
— Ты прав, — согласился с ним Роберт. — Вот тут-то и начинается самое интересное. Незадолго до начала всей этой истории, когда Эмили, — мужчина сконфуженно замолчал, — была ещё жива… В одной из клиник пластической хирургии Вашингтона Тернеру сделали операцию. Как вы понимаете, именно в тот момент он и получил лицо, имя, фамилию и все документы Виктора Хейза…
— Но ведь это незаконно, — прошептала Анжелика, прикрыв рот рукой. Невинная душа! Для нее все в этом мире было либо черным, либо белым. Она просто не способна увидеть настоящую сущность некоторых людей.
— Мне же не составило труда сделать это, — услышала она грустный ответ крестника. — В этом мире можно купить и продать все, что угодно. Даже людей. Я убеждался в этом уже не один раз… — глаза мужчины налились холодным свинцом, испепеляя злосчастные бумаги, лежащие перед ним. — Они продали мне Мелоди в обмен на долги компании. Виктор сам предложил мне это, сказав, что она и есть ключ к разгадке многих тайн семейства Харрис… И чем больше я узнаю об этих людях, тем больше верю его словам. Не просто так они так ненавидели Мелоди. Здесь есть еще что-то. Нечто, до чего я пока не могу докопаться, но обязательно дойду! Эта девушка — моя законная жена, и пусть они только попробуют снова навредить ей. С каждым будет то же, что и с Тернером. Никого не пощажу.
Сознание медленно возвращалось к Мелоди, а вместе с ним и та боль, которую блокировали медикаменты.
С трудом разлепив веки, она отчаянно пыталась сфокусировать взгляд на предметах, окружающих ее. Неприятный шум от работы медицинского оборудования резал слух, причиняя дискомфорт.
— Ну вот вы и вернулись к нам, — откуда-то издалека до нее донесся мелодичный женский голос. Чуть повернув голову влево, девушка увидела перед собой медсестру.
— Где я? Как я здесь оказалась? — язык заплетался, в горле будто ком застрял. У Мелоди было такое ощущение, словно она спала целую вечность.
— Вас привез муж, — очаровательно улыбаясь, пропела та, вся сияя только при одном упоминании о Майкле. — Вам безумно повезло с ним! Представляете, он сидел здесь рядом с вами двое суток. Сколько мы не пытались уговорить мистера Уокера отдохнуть, он сопротивлялся. Говорил, что нужен своей жене и не оставит ее ни на миг… Вот это я понимаю любовь! Никогда не видела ничего подобного…
Мелоди слушала этот рассказ, едва удерживая рот закрытым. Еще немного хвалебных од в отношении этого самовлюбленного идиота, и она рассмеется в голос. О какой любви толкует эта женщина?! Что за глупости?! Чтобы Майкл Фостер потратил на нее и заботу о ней хоть секунду своей драгоценной жизни? Да скорее мир перевернется, чем случится нечто подобное!
