Пусть вдохновляется, вдруг скажет чего лишнего. Но Керк говорить лишнего не собирался. Он вообще говорить не собирался. Прижал нас обеих к себе так, что мы дружно охнули и так же дружно его стукнули. Руки у меня заныли сразу же. Судя по тому, как рассерженно зашипела Мирейя, бить Керка ей тоже не понравилось.
– Извините, танны, увлекся, – безо всякого раскаяния сказал Керк и неохотно нас отпустил. – Сразу после орочьего, я правильно понял? И еще маленький вопрос – у вас или у меня?
Кто-то из группы громко заржал. Не Дагойн – у него не может быть столь противного смеха. Я даже смотреть для проверки не стала, презрительно фыркнула на Керка и пошла к выходу вместе с Мирейей, сопровождаемая разочарованным воплем:
– Эти танны сами не знают, чего хотят! Вот скажите, что им еще нужно?
Да уж, изучение языков в компании Керка – это предел наших мечтаний с Мирейей, не иначе. Но учить его как-то нужно.
– Что будем делать с орочьим?
– Не знаю, – ответила подруга. – Если бы были учебники… Но язык новый, и в библиотеке их нет. Да их вообще нигде нет! – в сердцах добавила она. – Разве что где-нибудь спецброшюрки. Но к ним у нас нет доступа.
– Никак не могу уловить логики, – пожаловалась я. – Раньше считала, что любой язык выучу быстро и без проблем.
– Я тоже логики не вижу. Но она там есть. Улавливает же ее Керк. И к другим в группе Фукаси не так придирается, как к нам. Причем я бы была уверена, что придирается, если бы хоть что-то понимала. Но даже тупое заучивание не помогает.
Она вздохнула. Мне утешить ее было нечем. Мне тоже не помогало тупое заучивание – в голове самым странным образом перемешивались все эти «гхыр», «гхыыр», «агыхр» и тому подобное. Перемешивались и ни в какую не желали всплывать при вопросах преподавателя. Но у остальных четверых в группе не было такой проблемы, что удивляло. Может, это язык такой, который доступен только мужчинам? А женщины как-то без него обходятся? Или у них разные языки – один для общего пользования, а другой чисто мужской? Мои размышления закончились тем, что я тоже вздохнула. Позор был неотвратим.
Спасла нас от него маленькая симпатичная бумажка на двери кабинета. С не менее симпатичными словами нашего языка, складывавшимися во вполне понятное предложение «Занятие отменяется». Толкать дверь и спрашивать о причине у Фукаси лично мы не стали, напротив – удалились оттуда со всей возможной скоростью, максимально допустимой, чтобы никому не пришло в голову, что мы сбегаем от трудностей.
И мы вовсе не сбегали – пошли в спецбиблиотеку, где начали мучить библиотекаршу, высоченную танну с бицепсами профессионального борца, на предмет хоть какой-то, хоть самой маленькой брошюрки по орочьему. В конце концов она заявила, что у нас недостаточно высокий уровень допуска и если мы будем настаивать, она больше не пустит нас в свой зал. Пришлось смириться.
И как эту пакость сдать? Способ, на который все сильнее намекает преподаватель, мне не нравится. От одной мысли о его хвосте тошнит! Нужно с кем-то посоветоваться. Только вот с кем? И надо же такому случиться, что мы сразу по выходе наткнулись на Дагойна.
– К Керку торопитесь? – ехидно спросил он. – Правильно, нельзя упускать такую прекрасную возможность позаниматься. Вы еще Фукаси не забудьте для полной гармонии.
Сама судьба его сюда привела. Он старше, он непременно знает, что можно сделать. И у него самого проблемы, пусть не такие серьезные, как у нас с Мирейей. А ему зачет тоже нужен, и значит, он прекрасно понимает, что изучение нельзя пускать на самотек. В этом случае высока вероятность, что зачет не получим. А если не получим, могут отчислить. И это – из-за такой вот ерунды! Но даже ради того, чтобы здесь остаться, я не собиралась заниматься с Фукаси. И с Керком тоже.
– Я хотела с тобой поговорить, – решилась я.
– Говори, – легко согласился он. – Лучше, конечно, не здесь, а в более подходящем месте. К примеру, у меня. И не говорить…
Он притянул меня к себе. Я отталкивать не стала. Соблазн решить сразу две проблемы был велик. Но если решусь с ним, нужно будет ему рассказать. Некрасиво ставить перед фактом. Значит, сначала решаем более актуальную. Ту, из-за которой могут отчислить. Объятия Дагойна становились все крепче, а потом его губы прошлись по моей шее. Но сейчас было неподходящее время для всех этих глупостей, поэтому я чуть отстранилась, хотя и было приятно. Ш’ерра тоже его одобрила: от нее пришел сильный обволакивающий импульс.
– Про орочий, – почти твердо сказала я. – У нас с Мирейей с ним проблема. Если ее не решить – проблема будет с зачетом.
– А если будет проблема с зачетом, могут выгнать, – добавила подруга. – Не такое это заведение, где разводят церемонии. Не хочешь учиться – вперед, с вещами на выход.
– По-моему, проблем нет только у Керка, – задумчиво сказал Дагойн.
