– Я подумал, вдруг то, что ты сказала, – правда? Тогда мне не хотелось бы, чтобы это перестало быть правдой со столь неподходящим таном, – нагло заявил этот тан. – Пойдем лучше ко мне.
На удивление у меня получилось щелкнуть хвостом перед его носом. Наверное, очень разозлилась. Надо же, «вдруг»! А где извинения? Где сожаления, что не открутил Грелье хвост и не засунул эту ненужную деталь тому в рот, извергавший гнусности? Я презрительно скривилась и пошла к танне Минари, у которой недавно закончилось занятие.
Кабинет был открыт, но самой танны там не было. И это непорядок. Слишком много оказывалось в свободном доступе ценных артефактов и ингредиентов, которые выдавались только под расписку. Вон даже на столе пара накопителей лежит. Значит, танна вышла ненадолго и скоро вернется. Я сделала несколько шагов внутрь, к столу, и тут же увидела преподавательницу. Она лежала за студенческим столом в странной вывернутой позе. Глаза не мигая смотрели вверх.
– Она же мертва… – испуганно прошептала Мирейя.
Сзади замысловато выругался Дагойн.
– Внешних повреждений нет, – зачем-то сказала я. – Может…
Но я и сама в это не верила. Не бывает у живых таких остекленевших глаз.
Убийство взбудоражило всю академию. Все подозрительно косились друг на друга и перешептывались. А уж когда стало известно, что танну Минари отравили ядом ш’ерры, я начала чувствовать себя едва ли не главной подозреваемой, тем более что никого другого на эту роль в академии не было. Не выяснилось, ни кто это сделал, ни из-за чего.
– Думаю, ее грохнули из-за какого-то редкого ингредиента или артефакта, – прямолинейно высказался Керк.
– Ничего не пропало, – напомнила Мирейя.
– Это по документам ничего не пропало, а кто знает, что там было.
– Лишнего у нее не нашли.
– Потому что убийца унес все с собой, – предположил Керк. – Вместе проворачивали делишки, и что-то пошло не так.
– Что ты несешь! – возмутилась Мирейя. – Как ты представляешь, чтобы здесь что-то проворачивалось? Здесь же все подконтрольно выдается, по количеству. Бракованное сдается под расписку на уничтожение.
– Маркируют как бракованное, делают вид, что уничтожили, а сами толкают на сторону?
– Я бы еще поверила, если бы ты это про Грелье предположил, – проворчала Мирейя. – Но танна Минари… Вряд ли они работали в паре. Ты представляешь, сколько здесь проверок?
– Но ведь убили же ее почему-то? – возразил Керк. – Не Валтайн же ее… того, чтобы не приставала?
Преподавателю по УФП навязчивость танны Минари не нравилась, но на убийцу он не походил. Хотя… Кто знает? Сейчас академию ждали непростые времена: если по горячим следам преступника не найдут, под подозрение попадут все, кто находился на ее территории и у кого нет алиби на определенный промежуток времени. У нас с Мирейей было: мы очень долго простояли перед кабинетом танны Кавайи, а вот остальные из нашей подгруппы вполне могли сходить, пристукнуть танну Минари и возвратиться.
– Может, это тоже проверка? – неуверенно предположил Шин. – Вы же близко не подходили?
– Проверка? – я нервно рассмеялась.
Нет, конечно, спецагент должен быть готов к виду трупов и не видеть в них ничего особенного. Это я твердила себе постоянно, но в памяти то и дело возвращалась к танне Минари. Нет, живые так не лежат. Очень уж страшно она выглядела. Наверное, ко всему привыкаешь, даже к трупам. Просто этот – самый первый, вот и…
– А что? – воодушевился Керк. – Очень даже может быть. Дагойн тогда всех из кабинета выставил, поставил охранять, а сам за танной Кавайи побежал. Танна Кавайи закрылась, а потом объявила о смерти танны Минари, которая вполне может быть живой, но замаскированной. Просто задание более сложное. Но мы справимся, если уж с Фукаси разобрались.
Я оживилась. Спецагент должен уметь при необходимости притвориться кем и чем нужно, даже трупом. А танна Минари, несомненно, спецагент. Близко мы не подходили, пульс не щупали.
– Да нет же! – возмутилась Мирейя. – Танна Минари действительно мертва. Что за глупость с проверкой ты придумал?
– Мы можем расследовать так, словно преступление действительно случилось, – продолжал Керк, не обращая на ее возглас никакого внимания. – А потом преподнести все выводы танне Кавайи. Если Минари труп, это ей поможет найти виновного, а если жива, мы окончательно заработаем репутацию умных танов. В обоих случаях мы в выигрыше.
– Вы вообще понимаете, о чем говорите? – разозлилась Мирейя. – Это попросту опасно. Преступление совершил явно кто-то не из студентов.
– Почему это? – удивился Керк.
– Потому что танну Минари отравили ядом ш’ерры. Свежим ядом. И сделать это мог только тот, кто имеет беспрепятственный вход в серпентарий. Не студент.
– Когда нас с Кацуми тестировали, я там была, – припомнила я.
– Одна бы ты все равно не прошла, там нужен преподавательский пропуск по академии.
– Кстати, – оживился Керк. – Сьенна, у тебя же тоже ш’ерра. Сама ты Минари отравить не могла, а ядом ни с кем не делилась?
– Кацуми слишком маленькая, чтобы давать яд.
Моя змейка сидела тихо-тихо, даже не зашипела на столь идиотское предположение.
