Попаданцы в главных героев бордерландс, потом в Масс Эффект. Логичное продолжение трех предыдущих рассказов-фанфиков. Автор трактует вселенную по-своему, так что канонодрочеры проходят мимо....Дробовик удобно лежал в руках, слева на поясе в подсумке появился магазин, который можно было быстро сменить, граната висела под правую руку на специальном зажиме, щит расположился сзади. Майор ощутил себя намного увереннее тем более со знакомым оружием. Урон заменялся скорострельностью и емкостью магазинов, что для него было очень удобно. Он оглянулся на остальных - все были заняты поисками в меню...
— Шайхутдинов?
— Я!
— Щедринский?
— Я!
— Эммануилов?
— Я!
— Ярцев?
— Я!
— Конечно, куда ты на хрен из казармы денешься. — Седой майор, хотя ему и было лет под сорок закрыл бумажный список солдат на планшете и криво ухмыльнулся. — Отбой через десять минут и чтобы было тихо. Если я услышу хоть звук, то… — Он оглядел притихших солдат. — Сами знаете, что будет. Разойтись.
Солдаты мгновенно расползлись по казарме, готовя кровати ко сну, снимая форму и укладывая на табуретки. Часть из них потянулась в туалет — чистить зубы, умываться. Самые нерадивые чуханы, которые не успели подшиться, закрылись в сушилке и быстро заработали иголкой с ниткой у кого она была, естественно. Те же, кто не успел прошарить, ходили по казарме и канючили, у кого было, чтобы потом встать через час после отбоя и, быстренько постирав подшиву, пришпандорить ее к воротничку. Сам же майор, который сегодня остался дежурным по роте, зашел в канцелярию, где сидел до невозможности худой писарь с впавшими от недосыпа глазами и тонкими как у пианиста пальцами что-то быстро набирал по клавиатуре.
— Петя, — сказал майор, — а вали-ка ты спать.
Писарь так грустно и тоскливо посмотрел на майора, что тому аж захотелось прослезиться, да только такой номер с бывшим воякой уже не пройдет. Военный улыбнулся одной из своих жутких улыбок, отчего шрам, тянувшийся от правого глаза до подбородка, рассекающий губу, страшно искривился и постучал рукой по двери — на выход, мол.
— Товаааарищщ майор… — Заныл было писарчук. — Тут еще работа не доделана.
— Завтра доделаешь, а теперь отдыхать. — Майор открыл пошире дверь и солдатик поплелся на выход.
— Вот и канцелярскую крысу выгнали. — С удовлетворением заметил один из черпаков, идя в туалет с полотенцем на плече и густо намазанной пастой зубной щеткой. — Повезло ему сегодня, что Топтыгин дежурит. — Прозвище-позывной майора солдат произнес немного тише, чем остальные слова.
— Топтыгин — это кто? — спросил его товарищ, который буквально вчера приехал из госпиталя, куда попал с тяжелой формой пневмонии, давшей осложнения и провалявшийся там два месяца.
— Да майор наш. — Махнул рукой солдат в сторону канцелярии.
— Майор Пейн? — улыбнулся товарищ, на что удостоился серьезного взгляда черпака. — Что такое?
— Не вздумай произнести что-нибудь подобное при нем. — Солдат покрутил пальцами в воздухе. — Прибить не прибьет, но отделает знатно.
— Так он что, руки распускает? И ногу? — удивился бывший госпитализированный. — А замполит? (заместителя командира роты/части по воспитательной работе в армии называют кратко и емко по старому — замполит)
— Жаловаться тоже не советую, были тут одни такие, сейчас в другой роте служат и в другой части. — Приятель хмыкнул. — Ты не смотри, что он инвалид и с протезом ходит — фору любому спецназовцу даст.
— Да откуда он тут взялся? Когда меня в больничку повезли никаких майоров-терминаторов и поблизости не было.
— Перевели откуда-то. — Приятель запихнул щетку в рот и начал усиленно ей там ворочать. — Как раз перед твоим гасиловом.
— Тебя бы так скрутило, сам бы до лазарета побежал. — Приятель сделал вид, что обиделся.
— Ну-ну, — солдат сплюнул пасту в раковину. — Я, слава Богу, не заболел, но иной раз подумаешь… Майор Потапов прибыл как раз месяца два назад. Пришел такой Джон Сильвер в казарму, деды его на смех подняли, что за фигня, калеки только нами еще не командовали. Сам же знаешь, какая у нас рота.
— Ну да, самая глухая часть, куда всяких распиздяев и оболтусов ссылают. — Приятель приуныл. — Командиры говно, жратва — дерьмо, ближайший поселок с бабами километрах в пятидесяти. И чего мы тут в тайге забыли?
— Стратегически важный объект охраняем. — Солдат усмехнулся. — Вот за этим майора и прислали, чтобы он здесь навел порядок.
— А почему сразу не командиром части?
— Так это он его и попросил. После того, как ему на дверь в отделе кадров указали. С таким протезом, да еще и весь в ранах к боевой работе не пригоден. Я слышал Вова, который со второй роты писарь у комбата в его личное дело заглянул, интересно же, ну, он и рассказал, что у этого майора боевых наград как у меня игрушек на елке. И грамот всяких, он, считай, во всех горячих точках побывал, да не по одному разу.
— Если он такой из себя крутой, то что он здесь делает? Устроился бы инструктором на гражданке оболтусов учить.
— Неее, — протянул товарищ, прополоскав рот. — Он ведь не семейный, квартиры нет, родственников нет, только армия одна и осталась, родная. Живет он здесь вместе с нами в казарме, вон в той комнатушке, что рядом с кабинетом комбата. С нами в столовую ходит, на зарядку и боевая подготовка у него будь здоров. Кросс, правда, он пробежать не может — на несколько секунд выбивается из норматива.
— На своей деревяшке? — удивился приятель.
