А то я не чувствую, что он от меня дистанцируется. Однако… Общаться со мной не хочет, глаза отводит, желваками играет, но как только выпала возможность прочитать нотации, режим отца включился сам собой. А фиг тебе. Либо я твоя дочь и ты на полных правах занимаешься моим воспитанием, либо ты в моей жизни левый мужик, которого мне слушаться не обязательно. И можно даже в далекие дали послать.
Что я, собственно, и сделала. Надеюсь, злость на мою выходку вправит папе мозги. А чтобы подстегнуть его мыслительный процесс, я решила смотаться к Максу. Тот и выслушает, и даже составит компанию в ограблении мини-бара и уничтожении алкоголя из оного. А еще он не врет.
Бухает, язвит, косячит, но не врет. И это, пожалуй, в нем самое ценное.
Вечность, либо некромант уже опустошил холодильник с выпивкой и пошел буянить без меня… либо папа очень быстро очухался и пошел бить морду совратителю дочки. Последнее маловероятно. Первое… вообще-то я велела ему ждать меня вместе с Джереми! Совсем забыла, с этими семейными тайнами, что догнала таки злосчастный диплом. Но в номере не было ни диплома, ни некроманта.
А ведь о Максе мог узнать Голод. Он хоть и был против расследования, но мне сделать ничего не мог. Вот лишить меня поддержки и советчика в расследовании… Стыдно признаться, без Макса я бы сдалась еще на первом визите к смертным. Поэтому я его найду. Да если придется, душу у жизней выцарапаю!
Первым делом – выяснить, не было ли у парня гостей. Тут мне в помощь пришел компьютер за стойкой администратора. Если гости были смертными – камера их засняла. Если же они были моими коллегами, то придется идти на поклон к Смерти. Тот однажды уже выручил некроманта, может, за мои красивые глаза поможет еще раз. Тем более что я ему обещала задушевный разговор.
Но в холле меня ожидал сюрприз.
Да за такие деньги, какие они дерут за номер, у них тут камера должна в режиме тепловизора и рентгена работать! А тут муляж! Тут за стеклянными дверьми мелькнул кусочек мерзкой рубашки с попугаями, точно такой же, в которой щеголял Макс вчера вечером. Значит, он за добавкой побежал, а я уже волосы на себе от паники рву. Прибью гада!
Я выскочила в полуденный зной, спеша высказать некроманту все, что о нем думаю. Но мужчина, стоявший у лотка с местным фастфудом, не был Максом. Это был Алибек! Видно, я все таки перегрелась, так как стала туго соображать. Совсем вылетело из головы, что хоть я вижу невидимые сущности, на спине у меня глаз нет. Дуновение воздуха сзади сообщило о присутствии кого-то еще, но не больше. На голову мне обрушился сильный удар. Я пошатнулась, сделала пару неуверенных шагов и начала оседать. Сквозь туман в голове послышалась фраза на ломаном английском, и передо мной на корточки опустился Алибек:
– Девушке плохо, солнечный удар. Я врач, я помогу.
Он сделал вид, что щупает мне пульс, и мое запястье кольнуло – шприц. Глаза закрылись сами собой.
Чьи-то прохладные пальцы расстегнули ворот моей рубашки и пробежались по шее, пытаясь нащупать пульс.
– Сгинь, извращенец, ничего мне не будет. Я бессмертная!
В следующую секунду мне в лицо выплеснули воду, и я открыла глаза.
– Так лучше, – вытирая лицо, пробормотала я. А узрев, кто меня разбудил, кинулась к нему на шею с воплем: – Ма-а-акс!
– Задушишь!
– Зато сейчас живой! – Пришлось его отпустить. – Что случилось? Я вернулась в номер, а там разгром. Тебя нет. Я уже планировала идти жизни на предмет твоей души трясти! Я так рада тебя видеть.
– А вот я тебя видеть не рад. Оглянись.
Вечность… Белый бокс с двумя прикрученными к стенам кроватями без какого-либо намека на постельное белье. Ширмочка у дальней стены и сама стена из ударопрочного стекла, а за ней такой же стерильный и мерзкий коридор.
Но меня затрясло не от этого, а от того, что я почувствовала: Джереми был здесь. Совсем недавно точно. Этим я и поделилась с Максом.
– Гадость, нас засунули в камеру мертвяка!
Но я не думала, что это была тюремная камера. Зачем вешать в тюрьме датчики влажности и температуры? Здесь был скорее больничный бокс.
Некромант тем временем рассказал историю своих злоключений. Когда утром я исчезла, Макс от нечего делать закрыл Джереми в ванной и отправился кутить и развлекаться. Для начала прошерстил местные новостные сайты, потом заказал еды, потом в гордом одиночестве ее сожрал. За этим занятием его и застал стук в дверь. Сначала некромант думал, что это я, но быстро сообразил, что уж я-то точно стучать бы не стала. Чертыхнулся, что забыл повесить табличку «не беспокоить», и рявкнул, чтобы пришли позже. Теперь представьте себе его удивление, когда дверь открыли ключом, и сделала это не горничная, а Алибек.
Сказать, что Макс офигел, – это ничего не сказать. Оставляя наглого врачишку в другом полушарии, он никак не рассчитывал встретить того на пороге своего номера. Ну зато он не имел ничего против того, чтобы проверить, есть ли у Алибека медицинская страховка.
