Автор старался показать путь развития догмы в течение первых пяти веков истории Церкви, когда закладывались основы ортодоксального, классического христианского учения. Холл дает анализ богословских течений и исторических событий наряду с подробным описанием быта, морали и обычаев в церковных общинах на протяжении этого периода, что позволяет глубже понять основы христианского учения.
Учебник С. Холла написан объективно и аргументировано. Автора трудно обвинить в неуважении к какой–либо конфессии: он стремится показать путь развития догмы в течение первых пяти веков истории Церкви, когда закладывались основы ортодоксального, классического христианского учения. С. Холл дает блестящий анализ богословских течений и исторических событий наряду с подробным описанием быта, морали и обычаев в церковных общинах на протяжении этого периода, что позволяет глубже понять основы христианского учения.
Цитаты из Библии приводятся по изданию: Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета в русском переводе с приложениями. IV издание. Брюссель: Жизнь с Богом, 1989.
Правописание имен и географических названий приведено в соответствие с энциклопедическим словарем «Христианство» (ХРИСТИАНСТВО: Энциклопедический словарь: В 3 т. — М.: Большая советская энциклопедия, 1995).
Появление книги Стюарта Холла «Учение и жизнь ранней Церкви» в русском переводе может вызвать скептические замечания у некоторых читателей: зачем издавать произведение английского автора, когда имеется великолепный отечественный учебник «Вселенские соборы» А.В. Карташева? Однако не стоит спешить с выводами. Работа С. Холла ни в коем случае не дублирует труд российского коллеги, хотя охватывает сходный исторический период.
Во–первых, книга А.В. Карташева, написана эмоционально и доступно, адресована широкой публике. Учебник С. Холла — глубокое научное исследование, рассчитанное на студентов, изучающих историю, философию и религию. Все приводимые сведения автор подкрепляет ссылками на первоисточники, снабжая читателя бесценными материалами по раннехристианской литературе. Он не боится цитат на греческом и латинском языках, хотя знающие люди утверждают, что появление иностранных слов на страницах книги снижает число ее потенциальных читателей вдвое. Любое имя или термин обязательно сопровождаются пояснением.
Во–вторых, при самом искреннем стремлении к объективности любая историческая работа является отражением определенного мировоззрения. Книга «Вселенские соборы» представляет взгляд Русской Православной Церкви и пронизана глубоким уважением к епископам и учителям, участвовавшим в составлении вероопределений и догматических постулатов. А.В. Карташев искренне восхищается великими церковными деятелями и вместе с ними клеймит тех, кто вносил смуту в христианское мышление. Будучи протестантом, С. Холл не испытывает благоговения перед причисленными к лику святых богословами и не скован авторитетностью церковного предания. Он по возможности избегает титула «Великий», известных мыслителей не называет «святыми отцами», вместо «папа» или «патриарх» обычно употребляет «епископ Римский» или «епископ Константинопольский». Английский профессор старается не использовать ярлыков типа «еретик» или «святой», все участники исторических событий — прежде всего обыкновенные люди с их слабостями и ошибками.
С. Холл обычно не навязывает личных пристрастий при описании действующих лиц, но по крайней мере один раз он отступил от этого правила, представив крайне неприглядный портрет Афанасия Великого. Видимо, на английского историка сильное впечатление оказали работы противников этого сложного человека, где тот обвиняется во всех смертных грехах. Но не стоит забывать, что, по свидетельству самого С. Холла, воспитанные греческими риторами спорщики были склонны преувеличивать недостатки своих соперников. Чтобы портрет Афанасия не оставался односторонним, приведем похвалу в его адрес, высказанную Григорием Богословом (или Григорием Назианзином, как называет его С. Холл). К этому каппадокийцу английский профессор испытывает явную симпатию и даже нежность, а потому должен прислушаться к его мнению: «Хваля Афанасия, буду хвалить добродетель; ибо одно и то же — наименовать Афанасия и восхвалить добродетель, потому что все добродетели в совокупности он в себе имел» («Слово 21»). Проступки этого незаурядного богослова Григорий относит на счет хитрости врагов, заманивших того, кто был «бронею Церкви», в западню. Однако ему удалось опровергнуть наветы, устоять против соблазнов и вновь встать на защиту правоверия. Работы Афанасия о Троице, «превосходящие других любомудрием и разумением», не перестают восхищать потомков.
В целом же учебник С. Холла написан объективно и аргументировано. Автора трудно обвинить в неуважении к какой–либо конфессии: он стремится показать путь развития догмы в течение первых пяти веков истории Церкви, когда закладывались основы ортодоксального, классического христианского учения. С. Холл дает блестящий анализ богословских течений и исторических событий наряду с подробным описанием быта, морали и обычаев в церковных общинах на протяжении этого периода.
