Все утренние звезды ликуют при рождении души, в то время как вечерние оплакивают ее смерть; но это очевидно лишь на внутренних планах. Рождение души на материальном плане является, так сказать, ее смертью (ее временным затмением) на планах духовных. Однако это хорошо, когда вся земля радуется в память о таком событии, о подобной жертве, ибо в этой радости душа, идущая от смерти к жизни, обретает награду за все те скорби, которые она претерпела. А те, кто радуются, обретут в своей радости силу, которая поможет и им вынести те неизбежные страдания, что последуют за их окончательным самоотречением.
Камни жертвенного алтаря и хворост для огня собираются и возлагаются в радости; самоотверженная жертва привязывается к столбу и умирает в печали; но огонь, пожирающий хворост и истребляющий жертву, есть горнило, в котором соединяются и алтарь, и угли, и жертва и из которого в результате рождается гигант духа, возносящийся на престол мощи – туда, где ни радость, ни печаль уже не властвуют над ним, и где жизнь его обращается в непрестанное Служение. И лишь тогда душа человека находит цель жизни и обретает понимание собственной божественности. Лишь тогда «Смерть поглощается Победой» и этот Закон исполняется в совершенной Любви.
«Радуйтесь, дети земли, ибо ныне для вас родился Царь», «царевич дома Давидова», – пели серафимы в день, который давно минул. И эта же песнь будет снова и снова литься из уст ваших и ваших близких в дни грядущие, и каждый раз она будет приближать вас все ближе и ближе к осуществлению вашего самого высшего желания.
Среди многих замечательно изготовленных пергаментов и папирусов, заполненных искусно украшенным текстом (работа многих учеников из поколения в поколение), есть один, тот, что находится сейчас в тайных комнатах древнего Ордена Посвященных и содержит исчерпывающее толкование «Видений», которые открылись взору Иоанна, «возлюбленного ученика», в тот момент, когда он проходил свое последнее посвящение перед восхищением на небо.
Эти видения были мудро названы Откровением, однако откровением они являются лишь для посвященных, ибо во всех архивах философской и духовной литературы нет ничего, что могло бы сравниться с этими древними трудами в их эзотерическом значении; ничего столь заслуживающего доверия или более жизненно важного для всей человеческой расы. Их приглушенного света, их резких теней – эффектов должного воздаяния справедливости – вполне достаточно, чтобы просветить обладающего интуицией искателя и подвигнуть его к необходимым исследованиям, в то время как более глубоко скрытые в них истины до того ошеломляющи, что могут обескуражить даже наиболее способных учеников, если только последние не сподобились духовного понимания либо путем духовного озарения, либо благодаря личным усилиям «Братьев Сострадания», которые одни лишь владеют ключами к туманной символике Библии.
Видения Иоанна – это те же самые видения (хотя и выраженные несколько иным языком), что неизбежно предстают взору каждого посвященного древнего Ордена Священнослужителей – Сыновей Гермеса, Ордена Спасителей человечества, когда тот достигает степени полного озарения. Естественно, каждый Посвященный будет выражать эти видения, этот опыт на своем языке, употребляя отличную от других терминологию, но все находимые в них различия окажутся незначительными и будут касаться мелочей; главное же будет всегда совпадать.
