…Дарования без искушений весьма опасны; враг может обольстить святынею, а искушения смирят. Буди же воля Господня. Искушений устрашаться не должно, и не наскакивать на них, а какие пошлет Бог, принимать с благодарением; в кресте познавается любовь Божия, а не в сладости утешения [2, т. 1, с. 298].

Всем известно, сколь приятно и радостно обнаружить в себе то или иное дарование, получить тот или иной дар. Особенно это касается дарований духовных, ниспосылаемых нам свыше. Беда, однако, в том, что человек склонен привязываться к такому дарованию, много думать о нем и искать приятных чувственных наслаждений от факта обладания дарованием. Враг использует эту человеческую слабость для обольщения, то есть незаметного преувеличения в сознании человека важности дарования, насаждения помысла о его исключительности, то есть недоступности другим людям, подбрасывания жажды неумеренных похвал и т. п. В результате получается, что дарование оказывается всего лишь инструментом гордости, дающим ей возможность укрепиться.

Искушения рассеивают обольщение и смиряют. Благодаря им дарования становятся безопасными для нас. Поэтому не надо бояться искушений, их надо принимать как неизбежное и необходимое в нашей жизни и благодарить Бога за них. Мы познаем любовь Божию как силу, которая несет добро через страдания и скорби, через крест, и что другого способа принять ее в свою сущность нет. Искушения открывают нам этот путь любви Божией.

И эту линию на то, чтобы добро и зло не сплавлялись в наших душах во что-то целое, влекущее безысходную путаницу и противоречивость, старцы проводят постоянно. Вот что пишет прп. Макарий:

…Вы праздник светлый встретили благополучно и приятно, мирно и спокойно, – слава Богу! Но после встретились болезни и скорби; этому и должно быть, чтобы мы не превозносились, но получаемые духовные утешения очищались бы огнем искушений, доставляющих нам смирение [2, т. 1, с. 298–299].

Духовные утешения, как и дарования, должны быть чистыми. Увы, мы, грешные, имеем такое устроение души, что, приняв чистый дар, оскверняем его своим самолюбованием и превозношением. От этого и утешения перестают быть утешениями, но порождают тягость, и дарования идут не на пользу. Потому и несем по Промыслу Божию утешения и дарования через искушения, которыми смиряемся и сохраняем ниспосланное неповрежденным.

Прп. Лев говорит об этом так:

…И просим вас не унывать и <не> удивлятися, что сие попустилось искушение по действу злокозненного врага ко искусу и познанию своих <немощей>, и дабы мы не мудрствовали <и> не думали нечто о себе, но смиряли бы и <отдавали> себя под крепкую руку Божию, и почастее исповедали бы свои помыслы Матушке… попущению однако благодушествуйте, и Господь не оставит вас… [2, т. 1, с. 301].

Не всегда мы явно склоняемся к превозношению, отдавая порой предпочтение мудрованию, то есть мысленному и произнесенному многословию. В этом многословии много усложняется наше восприятие происходящего с нами, но не проясняется. И чем больше отвлеченных рассуждений имеем, тем больше незаметно приходим все к тому же самооправданию и превозношению.

Поэтому старец подсказывает, что не в мудровании заключено решение, но в исповедовании мудреных помыслов, да и отдании себя под крепкую руку Божию. Этим и надлежит преодолевать искушения. А благодушие, это мягкое одеяние души, в котором обессиливается гордость, очень способствует тому, чтобы Господь не оставил нас и помог пройти искушение.

Вот здесь-то и открывается нам смысл старческого слова, что искушения нам Господь посылает, чтобы не лишились мы заступления. Прп. Макарий объясняет:

Перейти на страницу:

Похожие книги