В последнем письме вашем вы… опять о любви Божией говорите…Мы вам уже писали, сколь высока есть добродетель – любовь Божия, и оная не может быть без любви ближних, по слову святого апостола: аще люблю Бога, а брата своего ненавижу, ложь есть (Ср.: 1 Ин. 4, 20). Надобно достигать до любви чрез хранение заповедей Божиих и чрез страх Божий, а не мысленным к Нему восхождением [2, т. 1, с. 393–394].

Благочестивые размышления о Боге – дело похвальное. Однако и самые возвышенные мысли о Нем еще не есть любовь Божия. Неисправность в совершении заповедей в отношении наших близких является неисправностью в отношении любви к Богу. Поэтому если человек много думает о своей любви к Творцу и часто грешит, он допускает резкое расхождение между образом своих мыслей и действительным образом своей жизни. И образ его жизни опровергает образ его мыслей, превращая последний в высокоумие – то есть в превозносящееся мечтание о том, чего нет или почти нет на деле.

Столь же осторожным надо быть и в суждении о своих чувствах. Ни чувство умиления, ни теплота сами по себе еще не свидетельствуют о любви, а только лишь об определенном эмоциональном состоянии.

Прп. Амвросий дает совет:

Пишешь, что в одно время тебе казалось, что ты очень любишь Господа. А Господь в Евангелии глаголет: любите враги ваша, добро творите ненавидящым вас, благословите клянущыя вы и молитеся за творящих вам напасть и изгонящыя вы… (Ср.: Мф. 5, 44). Старайся всегда поверять свои чувства, согласны ли они с евангельским учением и учением святых отцов. Преподобный Нил Сорский пишет о себе, что он никогда не принимал того мнения или мысли, хотя бы они казались очень ясны и удобопонятны, пока не найдет на них свидетельство в учении евангельском или апостольском, или святоотеческом [2, т. 1, с. 385].

Евангельское учение и учение святых отцов дают точный ответ на вопрос, есть ли в человеке любовь к Богу. Мы можем испытывать самые возвышенные и благородные чувства к Господу, но эти чувства имеют значение не сами по себе, а только как следствия и порождения самой любви. Если нет способности любить врагов, творить добро ненавидящим нас, благословлять проклинающих нас и молиться за обижающих и гонящих нас – то нет в нас и истинной любви к Богу. А если нет любви, то и не стоит принимать свои чувства за любовь.

Это совсем не означает, что мы должны просто признать отсутствие в себе любви и на этом успокоиться. Напротив, мы должны употребить всю свою волю, чтобы любовь к нам пришла.

Прп. Макарий объясняет:

Тебя не любят – ты люби их, то, что тебя не любят, не от тебя зависит, а их любить состоит в твоей воле и есть твоя обязанность, ибо Господь заповедал: любить не любящих нас, но врагов (Мф. 5, 14), а когда в нас этого нет, то и кольми паче должны мы смиряться и прогонять гордость и молиться о сем Господу [2, т. 1, с. 394].

Любить – в нашей воле. Не имея любви к врагам, мы ее не имеем от нашей гордости и несмирения. Но если направим нашу волю на обретение смирения, решительно будем прогонять гордость и молиться Господу о помощи в этом – то придет и любовь. Старцы постоянно говорят о том, что без смирения любовь слаба и часто покидает нас. Мы не всегда отдаем себе отчет в том, что нам сложно не гордиться и не превозноситься даже своей любовью.

Но гордость – не союзник, а враг истинной любви и губительно действует на любовь даже в том случае, когда предметом гордости является сама любовь. Поэтому особое значение имеет наше реальное поведение, а не то, что мы думаем или говорим. Старцы предостерегают, что мы склонны любить Бога только на словах.

Прп. Анатолий (Зерцалов) наставляет:

Перейти на страницу:

Похожие книги