Она как раз отскочила от троих молодых людей, но один из них перекрыл ей путь, встав на тропе. Обойти в этом месте она не могла, поскольку кустарник, росший с боков, обязательно разорвет ей платье. Она оглянулась в поисках путей спасения, возможно, решив убежать, и тут ее взгляд упал на меня.
— Раэш, будьте добры, проводите меня в аудиторию, — она уверенно направилась ко мне.
— А, трус, — усмехнулся тот, кто домогался девушки, — проваливай, давай.
Да, именно так меня называли после того случая, когда я отказался от дуэли. Далеко не все, в общей сложности человек десять, но они не упускали возможность, как они считали, меня задеть. Или вообще унизить. Мое же полное игнорирование приводило их почему-то в бешенство.
Сейчас я вспоминал отношение этой девушки ко мне. И ничего плохого не пришло на ум: никогда она не смотрела на меня презрительно или высокомерно, никогда не позволяла не только высказываний, но даже улыбок, когда кто-то говорил что-то нелицеприятное в отношении меня. В общем, девушка (впрочем, как и ее подруга-защитница) относилась к той категории людей, с кем можно общаться.
— Прошу вас, — я чуть оттопырил локоть, подразумевая, что она может взять меня под руку, если того пожелает.
И девушка поступила так, как я и предполагал. Решительно взяв меня за руку, пошла рядом. Вся троица поначалу опешила от такой выходки, поэтому нам удалось пройти почти до парня, перегородившего тропинку.
— А ну, убрал свои грязные руки от баронессы, — раздался позади разъяренный голос все того же молодого человека.
Я развернулся и посмотрел на приближающегося парня.
— Насколько я слышал, это вам баронесса советовала убрать свои руки, — спокойно ответил я. — Скорее всего, вы грязь на своих руках приняли за чужую.
— Что?! — уже чуть ли не прорычал он. — Да я убью тебя! Вызываю тебя на дуэль, и попробуй только откажись — пожалеешь.
— Поскольку в этот раз задета честь девушки, то согласен, — по-прежнему спокойно ответил я. — О времени я сообщу позже. Идемте, баронесса.
Мы сделали несколько шагов, как девушка заговорила.
— Позвольте представиться, баронесса Людмила Игоревна Морозова.
— Раэш Арэшхиллса.
— Спасибо вам, — поблагодарила меня она. — Но знаете, княжич Голицын отличный фехтовальщик, несмотря на его юный возраст. Он действительно опасен.
— А где ваша подруга? — поинтересовался я. — При ней таких выходок никто не позволял.
— Ей пришлось уехать на неделю, — ответила она.
Мы еще перебросились парой фраз за время, пока подходили к аудитории. Я приподнял локоть, давая понять, что девушка может отпустить меня, но она по каким-то своим соображениям не стала этого делать. Вот так, под ручку и под изумленными взглядами других девушек, особенно дворянок, мы вошли в класс. И только здесь разошлись: я — на свое место, крайнее левое в первом ряду, а девушка направилась к своей компании.
Начало практических занятий у нас вела снова декан факультета. Первое заклинание, «Каплю жизни», эльфийка нарисовала очень быстро. Оно было простое, поэтому я его легко запомнил. Но что сразу бросилось мне в глаза, это принцип построения. У нас рисунки плетений сложнее, много резких поворотов, изгибов. Здесь же все более плавное. Конечно, это может быть связано с природной магией, но на втором сегодняшнем занятии я сравню. А само это заклинание универсальное — придает сил животным и растениям. Преподаватель несколько раз рисовала его, а мы должны запомнить при помощи магического зрения. На предложение кого-то из девушек, что было бы проще нарисовать на доске, Лионэль ответила, что мы должны не только разрабатывать свое магическое зрение, но и уметь «читать» заклинание, если его делает кто-то другой. В общем, сегодня мы разбирали только его одно, да и то успели не все.
На занятии по боевой магии я убедился, что принципы построения заклинаний в этом мире отличаются. Причину, понятное дело, я не знал, да и не узнаю, скорее всего, никогда. Точнее, причина в магических потоках, которые отличаются, а вот чем — мне не узнать. И начинали мы все с того же светлячка. Когда декан сообщил нам об этом, я едва сумел сдержать смех. И в этом мире молодые маги-боевики начинают с этого заклинания. А вот само оно было куда как проще, но в то же время я уловил и нечто общее. Если грубо, то если в моем варианте обрезать некоторые линии, выкинуть куски, а оставшиеся соединить, то получится заклинание этого мира. То есть сохранялись как бы общий рисунок или общая тенденция плетений.
Да, все уже знали, что мне предстоит дуэль с князем. Понятное дело, что тот десяток, который постоянно пытался меня задеть, всячески пытался подогреть интерес к этому поединку. У остальных людей читалось обыкновенное любопытство. Ожидаемо, что после окончания занятий меня уже поджидали на улице. Я специально не особо торопился, давая возможность сокурсникам разойтись, но когда вышел, то заметил, что число их никак не уменьшилось.
— Воскресенье, девять утра, арена школы, — произнес я, не дав даже открыть рот князю.
И направился домой, так как у меня много своих дел.
