Ученик полностью

А пятьдесят девятый день рождения Анжелы Риццоли вполне можно было отнести к событиям счастливым. В семействе Риццоли к дням рождения всегда относились трепетно. Каждый декабрь Анжела покупала календарь на следующий год и в первую очередь отмечала на нем эти памятные дни. Забыть о чьем-то дне рождения считалось серьезной провинностью. А уж забыть о дне рождения мамы было равносильно непростительному греху, и Джейн свято чтила семейную традицию. Именно она покупала мороженое и украшала дом, рассылала приглашения многочисленным соседям, которые сейчас собрались в гостиной у Риццоли. Она резала торт и подавала его гостям на бумажных тарелках. Она покорно исполняла свои обязанности, но в этом году вечеринка явно не удалась. И все из-за Фрэнки.

— Что-то случилось, — сказала Анжела. Она сидела на диване в окружении мужа и младшего сына Майкла и безрадостно смотрела на подарки, выставленные на кофейном столике — такого количества пены для ванн и талька ей явно должно было хватить на следующее десятилетие. — Может быть, он заболел. Или с ним что-то случилось, а мне никто не позвонил.

— Ма, с Фрэнки все в порядке, — уверяла ее Джейн.

— Да, — поддержал сестру Майкл. — Может, его послали... как это называется? Когда они играют в войну?

— Маневры, — подсказала Джейн.

— Да, на какие-нибудь маневры. Или даже за границу. Может, там даже телефона нет, чтобы позвонить.

— Он же обычный сержант, Майкл, а не Рэмбо.

— Даже Рэмбо посылает матери поздравительную открытку, — проворчал Фрэнк-старший.

Воспользовавшись паузой, гости дружно принялись за торт и в течение последующих минут сосредоточенно жевали.

Грейси Камински, ближайшая соседка Риццоли, отважилась первой нарушить молчание.

— Торт так хорош, Анжела! Кто его испек?

— Я сама, — сказала Анжела. — Представляешь, самой печь торт на собственный день рождения. Но в этой семье именно так и происходит.

Джейн вспыхнула как от пощечины. Во всем был виноват Фрэнки. Именно из-за него так злилась Анжела, но Джейн, как всегда, приняла удар на себя.

— Я же предлагала привезти торт, ма, — спокойно произнесла она.

Анжела пожала плечами.

— Ну да, из булочной.

— У меня не было времени печь самой.

Это была правда, но говорить ее не следовало. Джейн слишком поздно осознала свою ошибку. Она увидела, как вжался в диван Майкл, как покраснел отец.

— Не было времени, — повторила Анжела.

Джейн вымученно рассмеялась.

— Впрочем, мои торты все равно есть невозможно.

— Не было времени, — снова сказала Анжела.

— Ма, хочешь мороженого? Как насчет...

— Раз уж ты так занята, мне, наверное, следует пасть на колени и благодарить тебя за то, что ты вообще соизволила приехать на день рождения родной матери.

Дочь ничего не ответила, лишь стояла перед матерью, красная как рак, с трудом сдерживая слезы. Гости вновь принялись уписывать торт, не смея даже коситься друг на друга.

Зазвонил телефон. Все застыли.

Наконец Фрэнк-старший ответил на звонок. Он произнес:

— Твоя мать рядом, — и передал трубку Анжеле.

Господи, Фрэнки, почему ты так опоздал со своим звонком? С видимым облегчением, Джейн принялась собирать со стола грязную посуду.

— Какой подарок? — произнесла мать. — Я ничего не получила.

Джейн поморщилась. О нет, Фрэнки, не пытайся повесить на меня всех собак.

И уже через мгновение голос матери приобрел волшебное звучание:

— О, Фрэнки, я понимаю, дорогой. Да. Военные моряки так много работают.

Покачав головой, Джейн направилась на кухню, когда ее остановил окрик матери:

— Он хочет поговорить с тобой!

— С кем? Со мной?

— Так он говорит.

Джейн взяла трубку.

— Привет, Фрэнки.

Брат огрызнулся в ответ:

— Какого черта, Джейн?

— Прости, не поняла.

— Ты знаешь, о чем я.

Она тут же вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

— Я попросил тебя об одной-единственной услуге, — сказал он.

— Ты о подарке?

— Я звоню поздравить с днем рождения, а она рявкает на меня.

— Этого следовало ожидать.

— Ты, наверное, руки потираешь от удовольствия! Подставила меня.

— Ты сам себя подставил. И, похоже, опять пытаешься увильнуть.

— Тебя это так злит?

— Мне все равно, Фрэнки. Это ваши с мамой дела.

— Да, но ты все время там шныряешь. Так и хочешь выставить меня полным идиотом. Не могла приписать мое имя, когда отсылала этот чертов подарок?

— Мой подарок к тому времени уже был доставлен.

— И я так понимаю, было очень сложно купить что-нибудь от меня?

— Да, сложно. Я так и буду тебе подтирать одно место? Не забывай, что я работаю по восемнадцать часов.

— О, да. Постоянно только это и слышу: бедная малышка так тяжело работает, что и поспать-то некогда.

— Кстати, ты со мной так и не рассчитался за последний подарок.

— Ну вот еще, придумала. Я тебе все вернул.

— Нет, не вернул. — И меня коробит, когда мама лишний раз напоминает: «Та чудесная лампа, которую подарил мне Фрэнки».

— Так, выходит, все дело в деньгах, я правильно понял?

У нее на поясе заверещал пейджер. Она посмотрела на номер абонента.