В ярости я отбросила клинок. Он со звоном ударился о камни, проскользил несколько метров и беззвучно канул в прожорливую пасть обрыва.
Мужчина расхохотался. Я не видела его глаз в прорезях маски, но мне казалось, что в них должно быть презрение.
— А ты не совсем безнадежен, сынок.
Ненавижу… Другая мысль — более разумная и трезвая, охладила рассудок. Он наверняка знает как выбраться из этого лабиринта, и, если как следует покопаться в его мозгах, можно найти выход.
Нужно оглушить его кольцом, чтобы не дергался, а потом вытянуть память из неподвижного тела. Вот только одна проблема — он, как и я, носил наглухо закрытую одежду, а для исполнения плана требовался оголенный участок кожи. Быстрее и проще всего будет сорвать с него маску. Ну чтож, посмотрим, что за лицо прячется под этим убожеством.
Я прыгнула на мужчину, коленями придавливая его грудь. Ещё не отошедший от ударов в живот, он застонал, потому что я расчетливо целилась в солнечное сплетение. Убить у меня сил все равно не хватит, но выбить воздух из легких — отличный способ дезориентировать.
Капюшон слетел с головы противника; его жесткие черные волосы были острижены довольно коротко, давая понять, что он не из благородных. Урод. Я потянулась к белой как полотно маске, но поздно поняла, что слишком близко наклонилась. Дернувшись, мужчина ударил меня в лоб головой, от чего перед глазами вспыхнули белые мушки, а он получил время, чтобы перекатиться, подмяв меня под себя. Мы поменялись местами.
С рыком я пыталась от него отбиться, но время безнадежно было утеряно, а отравленная игла кольца, которой я решила его достать, увязла в ткани рукава, так и не достав до кожи. Мужчина выкрутил мне запястье, заметив единственное оружие, на которое я рассчитывала.
— Какая забавная у тебя игрушка, — с интересом протянул он, — много ещё таких припрятал? Люди Иршада плохо тебя досмотрели. А это что?
Шнурок со вторым кольцом вылез из-под одежды в пылу драки, и противник его заметил. Нет, нет, нет!
— Не трогай, сволочь! Это моё! — Закричала я, но мужчина уже сорвал талисман, оставшийся от дома, и молча рассматривал, как играют блики света на его поверхности.
— Врешь! — Вдруг прошипел он, ещё сильнее придавливая меня к земле, — Откуда ты его взял?!
— Не твоё собачье дело!
Вывернув вторую руку из чужого захвата, я дотянулась до шеи мужчины, и скользнула пальмами под маску. Его подбородок был покрыт колючей щетиной, и это единственное, что я заметила прежде, чем меня захватило видение.
Вокруг было тихо, я стояла на коленях, обхватив руками худую фигуру. Уткнувшись лицом в плотную ткань чужой одежды в где-то районе талии, вдыхала едва ощутимый запах раскаленного песка, палящего солнца и вольного ветра. Запах пустыни. Он уже успел въесться намертво, полностью сроднившись с человеком. Это было неправильно, по-другому, не так как я хотела, точнее, как он хотел.
— Прости меня. Прости меня, прости. — Бессвязный шепот утопал в пустоте, мольбы не получали никакого ответа.
Тот, кого я просила, не делал попыток обнять в ответ, даже не шевелился. Женщина? Ребенок? Я не могла понять. Видение ускользало из головы, тлело как обрывки бумаги, брошенные в угасающий камин.
— Не молчи, пожалуйста. Ты сможешь меня простить?
— Я не знаю… — Слышу собственный голос.
Подняв глаза, вижу себя. Настоящую себя. Острые скулы, короткие волосы, и застывшее выражение лица. Кажется, я схожу с ума…
Большего я увидеть не успела. Что-то отбросило мужчину от меня; прикосновение прервалось, а вместе с ним исчезла и тяжесть тела, давившего на ребра.
Сфокусировав зрение на реальности, я с ужасом увидела, что моего противника уже терзает огромное черное животное. Тварь, похожая на пантеру, только в два раза больше, вцепилась ему в плечо у самого края обрыва.
Шиа? Нет. Наверное… От страха я не смогла с точностью определить вид, тем более сзади раздался рык, который оповещал, что оно привело сородичей!
— Стоять. Он нужен живым. — Спокойный голос Кайрина показался слуховой галлюцинацией на фоне творившегося безумия, и только когда его руки помогли подняться с земли, я полностью осознала, что мне не почудилось. Он здесь, живой, осязаемый, потрогать можно! Это я и сделала, вцепившись в учителя мертвой хваткой. Он поморщился, но стерпел, неловко запустив руку мне в волосы. — Все хорошо, Бес?
Какой формальный вопрос. Отвратительно! Ужасно! Сумасшествие какое-то! Меня трясло, я чуть не сдохла несколько раз за один проклятый день.
Естественно, я так не сказала. Возможность говорить у меня вообще временно перестала функционировать. Глядя на кошек, которые загнали в угол человека, я только и могла, что жаться к Карающему. Похоже, животные его слушались.
Зверь, напавший на мужчину, прекратил терзать его. Подчинившись приказу учителя, хищник медленно обходил свою жертву по кругу, нетерпеливо дожидаясь команды: “Фас”
Безликий же сидел на земле, зажимал рукой кровоточащую рану, и, склонив голову набок, выглядел так, будто совершенно не боялся окружающей его стаи. И где только Кайрин достал этих тварей?
