Они подъехали к входу и спешились, вручив поводья слуге: тот повел лошадей к конюшням. Другой слуга открыл двери и принял у путников плащи и шляпы. Вскоре перед гостями предстал управляющий Ромболл Тейлард. Это был высокий, статный мужчина лет сорока, с красивым бесстрастным лицом и внимательными глазами. Бородка его была аккуратно подстрижена, а высокий лоб закрывали черные локоны. Тейлард был одет столь безукоризненно и такая спокойная уверенность исходила от него, что он скорее производил впечатление владельца усадьбы, нежели человека, находящегося в услужении. Назвав себя и представив спутника, Николас изложил цель их визита и поинтересовался, нельзя ли повидаться с сэром Майклом Гринлифом.
— В данный момент это невозможно, сэр, — глубоким красивым голосом ответил Тейлард.
— Сэра Майкла нет дома?
— Есть, но он занят. Вам придется подождать, пока он освободится. Сэр Майкл не выносит, когда его беспокоят во время экспериментов.
— Экспериментов? — переспросил Илайес. — Каких таких экспериментов?
— Конфиденциального рода, — уклончиво ответил Тейлард.
Николас почувствовал некоторое неодобрение, исходившее от Тейларда. Неизвестно, кому именно пришла в голову идея пригласить «Уэстфилдских комедиантов», однако со всей очевидностью можно было заключить, что не Ромболлу Тейларду. Понимая, что во время гастролей с управляющим придется много общаться. Николас решил попробовать расположить к себе Тейларда.
— Усадьба просто великолепна, — изрек он беззаботно. — Насколько понимаю, именно вы заведуете хозяйством? Ваша работа выше всяческих похвал.
— Да, дело это непростое, — высокомерно произнес Тейлард. — Я тружусь не покладая рук.
— Мы были бы крайне признательны вам за помощь и совет.
— Можете обращаться ко мне, когда пожелаете.
— Тогда не будем откладывать, — вступил Илайес, порядком разозленный пренебрежительным тоном управляющего. — Не могли бы вы показать нам Главный зал? Мы бы хотели его осмотреть, покуда ваш хозяин занимается экспериментами конфиденциального рода.
— Не имею такого права, — последовал надменный ответ.
— Это еще почему?
— Сэр Майкл не разрешает незнакомцам бродить по дому.
— Какие же мы незнакомцы? — возразил Николас, стараясь, чтобы его тон не звучал вызывающе. — Мы прибыли сюда по личному приглашению сэра Майкла. Впрочем, если вы не можете отвести нас в Главный зал, не скажете ли вы хотя бы, где будет жить труппа во время гастролей в Эссексе?
— Не здесь, не в Сильвемере. — Ответ прозвучал категорично. — Здесь и так будет множество гостей, актерам придется расположиться где-нибудь еще.
— Актерам? Если я не ослышалась, здесь кто-то упомянул актеров?
Обернувшись, Николас и Илайес увидели женщину средних лет, в великолепном платье, которая, благосклонно улыбаясь, спускалась к ним по лестнице. Быть может, Элеонора Гринлиф и утратила отчасти былую красоту, но, несомненно, сохранила и стать, и обаяние. Тейлард представил гостей, Николас вежливо склонил голову, а Оуэн изогнулся в вычурном поклоне, который он обычно отвешивал зрителям в конце спектакля, — и тут же обнаружил, что перед ним одна из его почитательниц.
— Оуэн Илайес! — пропела леди Элеонора. — Ну конечно же, теперь-то я вас узнала. Я не раз видела вас в «Голове королевы», а однажды мне довелось насладиться вашим выступлением, когда я была в гостях у лорда Уэстфилда. Вы ведь играли в «Бесчестном торге»?
— Да, леди Элеонора, — ответил сияющий от удовольствия Илайес.
— И, если мне не изменяет память, играли великолепно.
— Благодарю вас, вы очень добры.
— Но больше всего вы мне понравились в «Жертве любви». Я была растрогана до слез. Вы будете давать эту пьесу, когда приедете к нам?
— Вот об этом нам нужно поговорить с сэром Майклом, — подхватил Николас. — Прежде чем мы окончательно утвердим программу, нам требуется одобрение вашего супруга.
— Ох, в этом он вам не помощник, — нежно улыбнулась леди Элеонора. — В нашей семье главная почитательница театра — я. Мой супруг всего-навсего любит его, я же от него без ума! Он настаивает лишь на том, чтобы в стенах его дома была впервые поставлена новая пьеса. — Женщина повернулась к Тейларду: — Ромболл, к чему заставлять гостей ждать? Приведи, пожалуйста, сэра Майкла.
— Но он занят, леди Элеонора. Проводит эксперимент.
— Ну так пусть прервется. Скажи ему — пусть немедленно идет сюда.
— Да, леди Элеонора.
Коротко поклонившись, управляющий с достоинством удалился, чудесным образом выражая походкой покорность и неодобрение одновременно.
Леди Элеонора сделала несколько шагов и остановилась у двухстворчатых дверей, которые вели в южное крыло здания. Двери украшали вычурные латунные ручки, сверкавшие столь ярко, словно их протерли секунду назад.
— Вам, наверное, хотелось бы осмотреть Главный зал?
— Если это только возможно, — церемонно ответил Николас.
— Так следуйте за мной!