– Чудище-белка тебя закопало. Как орех, – ответил Баркли.
– Ты же финишировал третьим в практическом экзамене! – Виола схватила шляпку поганника и бросила её Тэджу в лицо. Та отскочила от его лба и упала ему на колени. – Как ты мог так легко попасться?
Секунду он смотрел на шляпку пустыми глазами, а затем подскочил, как ужаленный.
– Сорен… давно я?.. Когда вы?..
– Середина зимы завтра, – успокоила его Виола. – Но нам нужно поторапливаться, если мы надеемся его поймать.
– Почему вы здесь? Где Руна? – спросил Тэдж.
– Руну арестовали по обвинению в убийстве твоего отца, – выпалил Баркли.
Виола осуждающе на него посмотрела. Конечно, вываливать такие новости на неподготовленного человека нехорошо, но у них не было времени на деликатность.
Тэдж бросил на Виолу раздражённый взгляд.
– Твой отец определённо умеет выбирать главных чудологов. Теперь из-за Эрхарта не только Сикомор, все города за пределами Леса будут лежать в руинах.
– Не будут, если мы остановим Сорена, – решительно заявил Баркли.
Тэдж с трудом поднялся и невесело хохотнул.
– Вы никуда не пойдёте. Вы мне только помешаете.
– Ты бы так и торчал в земле, если бы не мы! – возмутилась Виола.
– Вы понятия не имеете, что Сорен за человек. На что он способен…
– Неужели? – перебил Баркли.
– Вы не разбираетесь в легендарных чудищах, как я…
– Я много лет изучала Гравальдора, – отрезала Виола.
По лицу Тэджа скользнула тень.
– Вы дружите с его учениками! Откуда мне знать, что твой отец не заодно с ним… если на то пошло, Рассветному Рогу я тоже не доверяю…
– Мы с Этель и Абелем не друзья, – сказал Баркли.
– И Сирил мне не мастер, – закончила Виола.
Баркли не удивился её словам, только тому, что Виола наконец это признала. Ему очень хотелось её расспросить, как и Тэджу, судя по обескураженному выражению его лица.
Но их прервало басовитое фырканье. По крайней мере, Баркли не нашёлся, как ещё описать этот звук.
Все трое повернулись и упёрлись взглядами в огромные ноздри.
Синхронно они задрали головы. Над ними нависало чудище высотой как минимум метров пятнадцать. Баркли насчитал четыре лапы, три хвоста и пару торчащих из пасти гигантских клыков, способных запросто проткнуть человека насквозь.
Это чудище можно было бы назвать кабаном, если бы кабаны вырастали размером с целый дом, а их шкура была шершавее скальной породы. Вокруг него гудело облако насекомых, и целые их полчища ползали по нему: как обычные мушки и клещи, так и мелкие чудища.
Оно снова фыркнуло, и ребята поморщились от вонючего дыхания.
Корень заскулил.
Они все медленно попятились.
– Пора бежать, – прохрипел Баркли.
– Бежать нельзя, – возразил Тэдж, – иначе оно решит, что мы еда.
Кабан снова к ним подошёл и принюхался.
– Будто он уже так не думает, – проворчал Баркли.
– Назад, – скомандовал Тэдж, и Баркли с Виолой с радостью послушались.
Земля вокруг них забулькала от поднявшейся к поверхности воды, что сконцентрировалась в огромную грязевую лужу под чудищем. Затем Тэдж уже знакомым по поединкам движением коснулся ладонью воды. Из его пальцев забили искры, но чудище лишь недовольно запыхтело.
Тэдж нахмурился и повторил попытку.
Чудище забило копытом по грязи, готовясь к атаке.
– Почему не выходит? – проворчал Тэдж.
– Взгляни на его клыки и копыта, – подсказала Виола. – Они из камня. А камень не проводит электричество.
Взгляд Тэджа метнулся к Корню.
– Втроём мы на твоём люфтхунде не поместимся.
– Я побегу сам, – вызвался Баркли.
– Ты прослушал, как я сказал, что он посчитает тебя едой?
– Пускай. Ему меня не поймать.
Кабану тем временем явно пришёлся по вкусу их запах, и он разинул пасть. Виола с визгом отпрыгнула, едва избежав роли закуски. Они с Тэджем торопливо взобрались Корню на спину, и люфтхунд с Баркли помчались прочь.
Пусть не со скоростью ветра, но они всё равно бежали очень быстро, подгоняемые грохотом копыт гонящегося за ними каменного кабана. Птицы в панике вспархивали с деревьев, мелкие грызуны и чудища искали укрытия.
Зато чудища покрупнее были не прочь самолично узнать, из-за чего такой шум.
Эрхарт был прав в одном: за сутки до середины зимы Лес кишел монстрами. Их провожали бесчисленные пары глаз, по деревьям вокруг скользили подозрительные тени, да и сами ветки тянулись к ним. Будто Лес ожил и хищно оскалился.
Остановились они лишь поздним вечером. Баркли и Корень без сил рухнули под огромным деревом, сочащимся фиолетовым соком.
– Нельзя прохлаждаться, – заявил Тэдж. – Сорен уже наверняка близко!
Баркли бросил на него сердитый взгляд и почесал Корня за ухом.
– Это он так говорит «спасибо, что подвёз».
– Так что, ты теперь позволишь нам пойти с тобой? – спросила Виола. – Или скажешь, что мы помешали тебе пойти на обед эбероку?
Тэдж вздохнул.
– Ладно, давайте остановимся на ночлег, но только потому что передвигаться в темноте слишком рискованно. Но как рассветёт, мы отправимся дальше.
– Мы хотим остановить Сорена не меньше твоего, – сказал ему Баркли.
Глаза Тэджа сверкнули.
– Сомневаюсь.
