Ощущения были так себе, все внутри меня просто-таки сигнализировало об опасности. Да оно и не странно. Ясно же, что в данный момент решается простой вопрос — жить нам дальше или умереть. Один взмах руки Белой Ведьмы — и каждого из нас мигом прошьют насквозь три-четыре длинных эльфийских стрелы. Мы даже по заклятию бросить не успеем напоследок.
— Они хорошие ребята, хоть Ворон напихал им в голову всяких лишних принципов и правил, — вдруг заступился за нас дель Корд. — Я видел их в деле. До мастерства далековато, но крови они давно не боятся, ни своей, ни тем более чужой. И потом — месть отличный стимул. Этим подмастерьям есть ради чего убивать.
Белая Ведьма, несомненно, пребывая в раздумьях, покачалась на каблуках своих щегольских светлых сапожек, рисунок на которых мне напомнил татуировку, представляющую собой переплетающиеся ромбовидные извивы. Подобное украшение на коже было распространено в гвардейских частях гвардии Линдуса, я на них насмотрелся еще во время войны с нордлигами, когда в свите принца Айгона лямку тянул.
А может, так и есть? У нас в Раймилле богачки любили обтягивать кожаные сапоги змеиной кожей, а Аманда, выходит, человечьей…
Да нет, не может быть. Видно, что наша бывшая подруга изменилась до неузнаваемости, но не настолько же?
— Будь по-твоему, — наконец произнесла она. — И признаю, Ворон при всех его недостатках был неплохим учителем. Фон Рут!
— Чего? — отозвался я удивленно.
— Я помню, что ты магией крови баловался? — уставилась на меня Белая Ведьма. — Хорошая специализация, полезная. И — редкая. Среди тех, кто стоит под моим знаменем, почти нет магов крови, так что ты появился очень кстати. Особенно в свете последних новостей.
— Это каких? — заинтересовался Люций. — Что тебе Аэль сообщил? А?
Ответа он не получил, Белая Ведьма просто от него отмахнулась.
Это каких же вершин в профессии она должна была достичь за последние года два, чтобы, находясь в статусе ученицы, вот так помыкать матерым магом с не самым покладистым характером? Да еще и не одним?
— Покажи, на что способен. — Белая Ведьма щелкнула пальцами правой руки, на которой у нее они все в наличии имелись; по этому знаку два эльфа отвязали одного из чернецов и подволокли к нам. — Только так, чтобы я признала, что верные слова только что о тебе говорила. Мне нужна не смерть этого человека, но его страдания. Просто вскрыть ему горло может любой, тут магия ни к чему, обычной стали хватит. Докажи, что ты достоин стать одним из нас.
— Почему именно он? — спросила Рози. — Почему не я, или не Карл?
— В фон Руте всегда было слишком много слюнтяйства, — ответила ей предводительница опальных магов. — Рефлексии, жалости, всего того, что ведет к поражению в грядущих боях. Среди тех, кем я повелеваю, не место слабым и сострадательным. К тебе, например, де Фюрьи, у меня вопросов как раз нет, ты будешь убивать, не задумываясь. Для тебя главное — достижение поставленной цели, и в этом устремлении средства ты не выбираешь. А вот Эраст, с его вечными метаниями и попытками сделать так, чтобы все остались довольны, вызывает у меня сомнения. Если он их прямо сейчас развеет, я буду очень рада; если нет, то ты убьешь его здесь и сейчас.
— А если я все же откажусь это делать? — чуть побледнев, уточнила Рози.
— Тогда тебя придется убить твоей подруге, Эбердин, а после и фон Рута прикончить, — охотно дала пояснение Белая Ведьма. — Принцип всем ясен?
— Предельно, — пробасил Карл. — Эраст, давай, не тяни. Сцеди кровь этого ублюдка по капле, да и дело с концом.
Служителя Ордена Истины, молоденького совсем парнишку, била крупная дрожь. Он буквально повис на руках держащих его эльфов и смотрел на меня так, как корова глядит на забойщика, когда тот подходит к ней с длинным окровавленным ножом. Он, похоже, до последних слов Аманды не верил в то, что его станут убивать. Ну, побьют, потерзают, а после оставят в покое или вовсе сменяют на кого-то из пленных эльфов. Подобные вещи с давних пор практиковались повсеместно. К тому же что раньше в Королевствах, что сейчас в Империи никто бы просто не посмел угрожать смертью служителям всемогущего Ордена.
А тут эта страшная одноглазая девка, разговоры о магии крови… Как не испугаться?
— Вы чего? — выдавил он из себя пискляво и задергался в крепких эльфийских дланях посильнее. — Так нельзя! Магия крови под запретом, людским и божественным!
— Про богов вспомнил? — расхохоталась Аманда, причем от ее смеха меня передернуло не слабее, чем того, кто стоял передо мной. Лучше бы она этого не делала. — А как же ваше постоянное: «они забыли о нас, мы забудем о них»? Что за двуличие?
Чернецы было загалдели, но после нескольких увесистых пинков обманчиво легкими на вид эльфийскими сапогами быстро угомонились.
