Судя по виду, матросов или рыбаков… хотя они вполне могли бы быть и бродягами и потерпевшими крушение путешественниками. Едва заметив неизвестно откуда взявшихся незнакомцев, лежавшие под кустами бродяги потихоньку сменили положение. Явно готовясь к нападению или бою, мужчины, не проронив и слова, усаживались так, чтобы в любой момент вскочить или перекатиться на другое место.
Ридзони с драконом так же молча изучали странную компанию, прикидывая с чего начать разговор и все яснее понимая, что встретили тут этих людей далеко не случайно.
– Кто вы и откуда? – негромко, но грозно осведомился Агорр, и путники, едва заметно дернувшись, дружно покосились на жилистого парня, единственного из всех одетого в свежую, словно только что постиранную рубаху.
– Нашу лодку выбросило на камни милях в двадцати отсюда, – указал на восток обладатель чистой одежды, явно считавшийся главарем, – теперь идем в порт.
– Как вы попали в лодку? – внезапно выступила вперед русалка и потерпевшие крушение сразу помрачнели еще сильнее.
И не просто помрачнели, сжались, спрятали в песке взоры, без слов подтверждая возникшие у Агорра подозрения.
– Ну? – прикрикнула жрица строго.
– Нас посадили в нее русалки, – буркнул главарь, и со вздохом признался, – когда забрали шхуну.
– Где же вы взяли судно? – жрица явно знала подробности этого происшествия.
– У причала… брошенное.
– Ну ты и лгун, – зло ухмыльнулся Ридзони, – на этом берегу каждый ребенок знает, что русалки никогда не бросят даже старую бочку.
– Но в этот раз они так торопились… – безнадежно огрызнулся главарь, – кучи добра оставили. Мы думали они про шхуну забыли, она в сухом доке стояла.
– Про шхуну все ясно, – прервал воришку дракон, – теперь расскажи, что произошло, когда вы добрались до этого места.
Некоторое время главарь притворялся что вспоминает, морщил лоб и огорченно вздыхал, потом, поймав не обещающий ничего доброго взгляд русалки, заторопился.
– Ну… мешок мы нашли. Крыс заметил, он всегда первый все замечает. Хороший мешок, кожаный. И вокруг никаких следов… значит море принесло.
Русалка едко усмехнулась.
– Дальше, и побыстрее, – прикрикнул Агорр.
– Ну мы и открыли… посмотреть. – главарь обреченно вздохнул, явно вспоминая тот счастливый момент. – Там сверху шкатулка была, с амулетами, потом одежда чистая… и сапоги. А внизу провизия… хлеб, вяленое мясо и рыба, икра. И большая бутыль с водой.
– И что же вы сделали с чужими вещами? – припомнив слова русалки, презрительно ухмыльнулся Ридзони, уже раскусивший, откуда на главаре чистая рубаха.
– На них не было написано, чьи они, – пытался оправдаться бродяга, – море частенько выбрасывает на берег разные вещи.
– И всегда аккуратно ставит на камушек, так чтобы было издалека видно, – ядовито прошипела русалка, почему-то забывшая, что может считать себя свободной.
– Мясо и хлеб съели, икру тоже. И воду выпили, по кружке досталось. Рыбы немного осталось, – уныло перечислял главарь. – Вещи поделили… и начали делить амулеты. Вот в этот момент он и появился… маг. Но сначала мы не знали… что он маг, даже не заметили его. Вдруг встал рядом, как из-под земли, и говорит… – «Кто задаст хоть один вопрос – может считать себя покойником. Вопросы тут задаю я». Таран с Крысом посоветовали ему идти мимо… а Вьюн хотел спросить… откуда он вообще взялся, такой смелый… не успел. Ему мигом рот песком забило… еле проплевался. А вокруг нас стена поднялась… как из стекла, но крепче. Не разбить, не перелезть. Тогда мы и поняли, что на нас напал маг. А он велел сложить в мешок все, что там было… ну мы и объяснили, что всего уже нет… Но штаны и сапоги он отобрал, Вьюн и Пенек их не надевали. А рубаху не взял, сказал, стирать после меня не собирается.
Дракону и Азхарту все было ясно, оставалось лишь выяснить, куда ушел Дейн. Но русалка все еще сверлила бродяг бдительным взором неподкупного судьи.
– А жемчужное ожерелье куда дели?
– Порвали случайно…
– Нить из жил осьминога? – в ее голосе звенело презрение, – да вы обнаглели, пираты! Решили обмануть старшую жрицу!
– Ну не случайно, – мигом пошел на попятный главарь, – поделить хотели. Но поспешили… и он рассыпался.
– И вы не стали собирать отборный золотой жемчуг?
Ридзони и дракон хмуро переглянулись. Редчайшие жемчужины золотого цвета ценились очень дорого, а ожерелье из них стоило баснословную цену. И раз прижимистые русалки решили положить его в приготовленный для Дейна мешок, значит они признали свою вину перед магом. Судя по оплате, весьма существенную. В таком случае ему сейчас требуется помощь, и значит нужно спешить.
– Мы уходим, прощай, – кивнул Агорр русалке, но она как клещ вцепилась в руку Азхарта.
– Стойте. Вы мне должны… я исполнила вашу просьбу. Отнесите ему жемчуг… я сейчас соберу.
