Я живу в очень простом мире. Здесь все подчиняется воле мужчин, а женщины зачастую даже имени собственного не имеют, потому что несколько столетий назад одна из них, та, что теперь зовется просто Грешницей, едва не уничтожила мир силой своей магии. А теперь представьте, что один очень уважаемый чародей случайно спас от страшной участи мальчишку-бродяжку, а потом предложил пойти к нему в ученики, потому что настолько одаренные дети встречаются редко. Представили? Замечательно, а теперь внесем последний штрих: мальчиком тот найденыш только выглядел, ну что поделать, если боги спустили меня в этот мир в женской шкуре?
Николаева М.
Часть 1 Ученица Чародея
Глава 1. Случайная встреча
Я живу в очень простом мире. Здесь все подчиняется воле мужчин, а женщины зачастую даже имени собственного не имеют, потому что несколько столетий назад одна из них, та, что теперь зовется просто Грешницей, едва не уничтожила мир силой своей магии.
А теперь представьте, что один очень уважаемый чародей случайно спас от страшной участи мальчишку-бродяжку, а потом предложил пойти к нему в ученики, потому что настолько одаренные дети встречаются редко. Представили? Замечательно, а теперь внесем последний штрих: мальчиком тот найденыш только выглядел, ну что поделать, если боги спустили меня в этот мир в женской шкуре? Да и как можно отказаться от такого подарка судьбы? Я же всю жизнь мечтала выбраться из городских трущоб. Да и какая жизнь меня там ждала? Не выдай меня тогда сестра за мальчишку, то я бы пошла по ее стопам... в шлюхи, а это не по мне. Уж лучше я с остальными мальчишками воровать буду, но торговать своим телом... Не в этой жизни!
Впрочем, я опять сбилась, а такую запутанную историю, как моя, лучше рассказывать с самого начала.
Родилась я в семье герцога Валийнского, человека незлобивого, даже мягкого. Матушка говаривала, что излишне мягкого для его положения в обществе. Наверно, она была права, но не будем судить мертвецов, не по божески это. Кроме меня в семье было еще двое детей: Констанс, моя сестра, была старше на пять лет, а с Эдмоном мы были близнецами.
А потом произошло событие в корне перевернувшее всю нашу жизнь. Через два года после моего рождения, день в день, вспыхнуло восстание, вошедшее в историю под названием День Гнева. Моего отца убили на пороге нашего дома - он пытался защитить нас, не дать обозленной черни добраться до его семьи. И надо сказать он нам помог. Он дал время нянюшке собрать самые необходимые вещи и вывести нас, детей, из дома тайным ходом. Мама с нами не ушла, в последний момент она решила остаться в доме, с мужем, которого должно быть все-таки любила. А потом в одной из стычек на улицах города погибла нянюшка... Так мы оказались одни в незнакомом нам мире. У нас не было ни документов, ни денег. Наш дом, как и все остальное имущество, перешло короне, вернее тому чудовищу, что затеял это восстание, а теперь наслаждался своим положением.
Но смена власти прошла мимо нас, потому что мы в то время просто старались выжить. Я не помню, как именно мы попали в трущобы, к Королю Нищих, но он приютил нас, вернее дал работу - несколько лет мы просили милостыню у Собора Благочестья, на центральной площади, а потом... потом Констанс выросла и даже дураку было понятно, что такой красивой девушке не место на паперти, у нее была только одна дорога - в шлюхи. Поначалу ни я, ни Эдмон даже не подозревали, что наша милая, добрая сестрица, вынуждена была опуститься до такого, просто у нас внезапно стали появляться свободные деньги, хотя раньше с трудом на еду хватало. И на некоторое время в моем мирке словно бы воцарился благодатный покой. Но так не могло быть долго. В тот год, когда мне исполнилось десять, была жутко холодная зима. Морозы стояли такие, что вода превращалась в лед практически в считанные мгновения. Эдди тогда впервые заподозрил, что с Констанс что-то не так и решил проследить за ней. Уж лучше бы он этого не делал! Вернулся он только через шесть часов, угрюмый, подавленный, весь в себе. Мне он не сказал ни слова, но я и так все поняла. Не смотря на условия нашей жизни мы все еще оставались детьми своего отца, вечерами Конни рассказывала нам о прежней жизни, о родителях, которых ни я, ни брат не помнили и о том, что когда-нибудь нам предстоит вернуться, а потому нужно ни на мгновение не забывать о чести рода... Для Эдди работа сестры стала страшным ударом, потому что в отличие от меня он верил каждому слову Конни, верил, что мы еще сможем вернуться. Жаль, что он так и не понял того, что я уяснила сразу: не для себя сестра хотела новой жизни, а для нас, это ради меня и Эдмона наша она пошла на все. А потом выяснилось, что прогулка Эдди не прошла даром: на следующий день он уже лежал в бреду, а его легкие рвал кашель. Мы с трудом наскребли денег на лекаря, но тот лишь беспомощно развел руками. Так мы потеряли Эдди. Но сестра даже из горя сумела извлечь выгоду, вернее сделала все, чтобы оградить меня от ее пути. Я и Эдмон были близнецами, досконально знающими повадки друг друга, поэтому особого труда, чтобы стать им мне не понадобилось. А на городском кладбище появилась новая могилка, на простом деревянном кресте мы с сестрой вывели имя "Энадис". Так умерла вторая дочь герцога Валийнского, но возродился его сын.
- Эй, Эдди, тебя Мох искал, говорит, что ты ему должен.
