— Смотри внимательно, Тори. Что творится с их структурой, со структурой мира при взаимодействии с простейшей, но такой изумительной структурой этого пламени! — в голосе учителя просачивалось восхищение. А меня чуть не стошнило от отвращения. Этот ублюдок, как он может так относится к человеческой жизни! Не презрение, не жестокость, просто тупое безразличие! Это ведь перечит его теории о Тьме! Но я послушно смотрела на потоки маэн, стараясь не обращать внимания на искаженные страхом и болью лица. Им так не хотелось умирать.
— Когда темный маг слаб, когда он творит, то что запрещено по всем правилам он заслуживает смерти. Но когда светлый маг предает свою силу, использует ее ради недопустимого зла это куда хуже. Они исказили свою собственную сущность, а вместе с тем и сущность мира. Чтобы эта парочка не натворила, с моими, хм, "злодеяниями" им не сравнится. Но я достоин жить, а они нет. Я настоящий темный маг, а тот глупец решил сыграть в игру не зная правил и попытаться обхитрить саму Тьму.
И никто из наблюдавших за казнью даже не обернулся, не дернулся в ответ на громкую речь Лэйра Сартера. Им действительно было все равно, что он только что признался в преступной магической направленностью. Или просто жители Цейра чувствовали, что ощущать неприятие к моему учителю опасно для жизни. Только та парочка, перед нами тряслась от негодования, бросая на Сартера полные возмущения и непонимания взгляды.
— Эти показательные казни, конечно, дикость, лучше как в Харине — посылать к неугодным убийц, владеющих магией Света. Такая смерть, или как эта — все естественный финал для жизни простого темного мага на севере. Мы редко умираем от старости или в бою. Просто, сильные сами могут управлять своей судьбой.
Я смотрела на обожженные остатки магов, на то, как действительно, красиво происходит реакция при соприкосновении структур. Я почти ничего не чувствовала к казненным людям.
А вот девушка с густыми и блестящими каштановыми волосами передо мной, сдавленно рыдала на плече своего светловолосого спутника в длинном сером плаще. Зачем тогда стоять здесь и смотреть, если это приносит боль? Мазохисты что ли?
— Ты опять слушала меня краем уха, дорогая, — недовольно заметил Лэйр Сартер, так же рассматривая шатенку и блондина.
— Я внимательно слушала каждое твое слово, учитель, — ровным тоном возразила я.
— Слушала, слушала… Только до сих пор ты не желаешь видеть всю картину целиком. Мыслишь непонятно откуда взявшимися стереотипами как туристка из Салетты, — парочка вздрогнула и устремила на Сартера широко распахнутые испуганные глаза.
Учитель, будто бы ничего не замечая, продолжал:
— Я нераз тебе объяснял, ты не раз читала. Темная магия естественная часть мира. Кто‑то должен исцелять, кто‑то подымать мертвецов, кто‑то должен благословлять, кто‑то проклинать. Элементарно, не так ли, разумность такого равновесия легко понять, но вот принять…
Парочка продолжала пялиться, так что я не выдержала:
— Что? — даже бровь попыталась приподнять как учитель. Надеюсь, выражение моего лица получилось не очень смешным.
— Свет! Девочка, как же ты могла стать ученицей темного мага! — прямолинейная шатенка с жалостливой гримасой посмотрела в мою сторону.
Самой интересно, как это я так умудрилась!
— Да ее никто особо и не спрашивал, — фыркнул Лэйр Сартер и улыбнулся. Обаятельно. Парочка бесстрашно перевела все свое внимание на темного мага.
— Это же дикость, — беспомощно прошептал парень, бросая тоскливый взгляд на догорающие тела. — Как можно в шестое тысячелетие действовать как в четвертое! Публичные казни, принуждение в обучении магии. Вы как я понимаю маг образованный, и должны понимать насколько это неправильно…
Плохо парень подслушивал. Или просто не пробиваем со своими убеждениями.
— Как образованный маг я понимаю, насколько это правильно в настоящее время. Вы же сами решили путешествовать, чтобы увидеть мир за стеной Зэйрилии, окунуться в настоящую жизнь, не так ли?
Люди постепенно расходились, кое‑кто недовольно косился в нашу сторону, но помалкивали. Аура, окружающая Лэйра Сартера судя по всему без всякой магии заставляла делать арохе, то что он пожелает.
— Да, но… сжигать арохе за то, что они темные маги?! Магия есть магия. Преступление даже не было названо, а они умерли только, за то кто они есть.
— Только. О темных магах нельзя сказать "только". Или вы считаете разделение на магов светлых и магов темных глупыми предрассудками? — предельно вежливо уточнил Лэйр.
— Нет, конечно! — возмутилась такой интерпретации девушка. — Мы изучали теорию магии, философию, да я, между прочим, сторонница дуалистического таэризма! Свет и Тьма совершенно разные структуры, противоположные, вторичные сущности, составные части Таэрры. Но ведь это не значит, что надо искоренять сторонников одной из них. Вот это есть людская дикость, предрассудки…
— А с чего ты взяла, что казненные были сторонниками Тьмы?
— Но… а, вы имеете в виду, что мужчина погиб, так как не понимал философию Тьмы?
