– Ведьмы идут, – вдруг прервал свои объяснения демон и, одним движением легко вскочив с коврика, шагнул в сторону. – Не говори Трине, что я тебя учил, у ведьм не принято вмешиваться в дела чужих учеников.
Я кивнула в знак согласия, но про себя решила: если пойму, что задуманное им Сирени не понравится, расскажу ей обязательно.
Ведьмы появились из прохода через несколько секунд, и первой, как я и ожидала, была Сирень.
– Где? – метнувшись к краю и заглянув вниз, отрывисто бросила она, не оборачиваясь, но и я, и демон прекрасно поняли, кому предназначался этот вопрос.
– Остановились за дверью, – обернувшись к бывшей невесте, кратко отрапортовал маг. Несколько мгновений помолчал, но, так и не дождавшись продолжения разговора, добавил с еле заметным вздохом: – Наверняка готовят ловушки, чтобы никто не подошел сзади.
– А зачем они вообще идут сюда, если никто чужой не может проникнуть в сокровищницу безнаказанно? – не выдержала я показного нежелания Сирени разговаривать с бывшим женихом.
– У Роула нет другого выхода. После того как он получил известие о том, что Латринея сумела попасть в выработки гольдов, это был единственный доступный ему путь. Ведь никто не знает предела возможностей высших ведьм. И если ей удастся выкрасть Эрифиуса, то власти Роула во владениях брата придет конец. Поэтому он должен добраться до саркофага первым, чтобы, угрожая его уничтожением, потребовать от Латринеи отказаться от прав ее сына, – очень ловко обойдя вопрос о нынешнем состоянии княгини, охотно объяснил демон.
– А почему… – наконец-то дорвавшись до хорошо осведомленного источника, попыталась я продолжить беседу, но Сирень пресекла дознание на самом интересном месте:
– Кэт, сейчас нет времени на подробные объяснения. Лучше скажи мне, что ты надумала?
– Я с тобой, – помедлив секунду, с тяжким вздохом, который не удалось скрыть от внимательных глаз наставницы, принимаю такое логичное и вместе с тем непростое решение.
И ведь прекрасно понимаю – нет на самом деле у меня никакого выбора, да никогда и не было, почему же душа сразу отзывается такой пустотой и болью, словно я собственными руками вырвала из нее клок? Очень важный, как оказалось, хотя до этого момента и сама не подозревала насколько.
– Ну и молодец, я и не сомневалась, – приобняла меня за плечи простодушная Береза. – Всегда верила, что не польстится такая умная девочка на красивые глазки княжонка. Нам и с Рябинкой горюшка хватает.
– А что случилось с Рябинкой? – мгновенно сделала я стойку, но Сирень метнула в подругу такой укоризненный взгляд, что та сразу смешалась и засуетилась, уводя меня с уступа.
– Пойдем отсюда, – бормотала виновато, – тут и без нас тесно. Ты же еще не завтракала? Вот и покушаешь, там девчата отличный завтрак приготовили, и кашу, и оладики, все уже завтракают. А потом будем ждать зова.
– Береза, – перебила я ее, когда тоннель стал широк настолько, что смогла идти с ней рядом, а не плестись гуськом, – лучше поясни мне ваш план захвата сокровищницы. Хотя бы в общих чертах.
– Да какой там план! – отмахнулась она. – Все просто. Нужно, чтобы Роул открыл дверь, кроме него, это никто не сможет. А уж тогда Сирень легко саркофаг заберет, сейчас его заклятия не выпускают. Знающие маги защиту ставили, и каждый ее усложнял и усиливал. Теперь ни один без ключа не откроет.
– Береза, – пройдя еще сотню шагов, остановилась я от ошеломительного прозрения, – ты сама поняла, что сказала? Что Сирень может туда входить?!
– А что тут такого? – пожала плечами ведьма. – Дикие и не то могут. Если надо, в иголочное ушко проскользнут. Но вот вынести оттуда Сирень не может даже маленького колечка. Ты разве не поняла, почему в своем истинном нынешнем виде она всегда одета в голубое платье? Потому как была именно в нем в тот момент, когда погиб Эрнил. Вернее, когда узнала о гибели мужа, а узнала сразу, связаны они были магическими амулетами. Только не говори ей, что я проболталась, не любит она вспоминать.
– Не скажу, – пообещала я и, чтобы совсем успокоить ведьму, сообщила: – Она все равно разрешила Малине все мне рассказать.
– Ну вот и хорошо, – непонятно хмыкнула Береза. – Тогда пусть Малина все тебе и объяснит с самого начала.
Больше на эту тему мы не разговаривали, и не по моей инициативе. Береза все мои попытки расспросить о прошлом переводила на разговоры о завтраке и хозяйственных проблемах. Вскоре мы дошли до пещеры, где собиралась армия Сирени, и едва я пристроилась на камушке с миской в руках, как ведьма слиняла, сославшись на дела.
Расспросить Малину после завтрака, как я намеревалась, пока запивала оладьи холодным молоком, не удалось. На нее навалилась целая куча банальных забот об обеде и устройстве лазарета, и не успела я найти ведьму, она, обрадовавшись дополнительной паре рук, отправила меня чистить овощи.
Не слушая никаких заверений, что мне это противопоказано врачами по причине стойкой аллергии. Именно на это неблагодарное занятие.
