Трагический опыт двух мировых войн свидетельствует: войны требуют не только высокого технического состояния вооружений, но и создания климата военной истерии. Такая сознательная организация массового безумия, к сожалению, возможна, и имя безумию — национализм, великодержавный шовинизм. Основатели Пагуошского движения неоднократно предупреждали что человечество должно бдительно следить даже за слабым проявлением этой «болезни».
В настоящее время мы являемся свидетелями не случайной вспышки милитаристского безумия, а хорошо организованной по испытанным рецептам военной истерии вокруг того же старого мифа о «советской угрозе».
Но судьбы человечества не могут находиться в зависимости от зигзагов политической конъюнктуры в той или иной стране, даже если это Соединенные Штаты. Мир должен вернуться к идее диалога между противостоящими сторонами. И этот диалог должен вестись в условиях, способствующих соглашению на основе признания паритета в уровнях вооружений и вооруженных сил. Условия, способствующие диалогу, — это условия разрядки, а не конфронтации или «холодной войны», которая по своей сути враждебна интересам человечества.
Международное движение «Врачи мира за предотвращение ядерной войны», впервые заявившее о себе более трех лет назад, сегодня превратилось в мощную общественную силу, с авторитетным мнением которой вынуждены считаться правительства и государства. Истоком его послужила встреча советских и американских ученых-медиков в конце 1980 года, инициаторами которой стали академик Е. Чазов (СССР) и профессор Б. Лаун (США). Задачи движения были сформулированы уже в марте следующего года на I Международном конгрессе «Врачи мира за предотвращение ядерной войны», а в работе приняли участие более 100 ученых-медиков из И стран. Сегодня в движение включились представители 53 государств.
Какие же проблемы были предметом обсуждения I конгресса? Те, что сегодня больше всего волнуют человечество. И среди них — социальная, экономическая и психологическая цена гонки ядерных вооружений; первоочередные задачи врачей в предполагаемой ядерной катастрофе; их задачи и обязанности после ядерной атаки.
Именно на I конгрессе было принято решение об объективном и беспристрастном изучении медицинских последствий ядерной войны и широкой пропаганде (с помощью радио-, теле, — киносредств, лекций, бесед, симпозиумов) результатов этих изучений.
Люди мира должны знать правду о том, что их ждет, если ядерный конфликт все-таки возникнет, — вот одна из главных задач международного движения «Врачи мира за предотвращение ядерной войны».
На чем же основываются те строго научные прогнозы, о которых врачи многих стран мира считают сегодня необходимым рассказать всем людям земли?
Во-первых, на изучении последствий атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки.
Во-вторых, на тревожных фактах трансформации биосферы в результате загрязнения окружающей среды химическими и токсическими веществами.
И, в-третьих, на особенностях тех медико-биологических проблем, решением которых все больше приходится заниматься медицинской науке наших дней.
А проблем этих великое множество. Причем можно с уверенностью сказать, что даже самое благополучное разрешение одной из них непременно выдвигает на повестку дня какой-нибудь ее новый аспект, неизвестный до сей поры исследователям.
Десять тысяч заболеваний, по данным ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения), грозит современному человечеству. И каждый год каждое из этих заболеваний «расслаивается», дополняется новыми проявлениями, невиданно расширяя спектр его изучения и, разумеется, сам характер проявления болезни. Взять хотя бы детские недуги. Поговорите с опытным педиатром, и он вам скажет, что одна и та же болезнь, которую он сам наблюдал когда-то у отцов, у их детей протекает совсем по-иному. Почему? Какие изменения, под воздействием каких причин претерпел за эти годы человеческий организм? А может, так трансформировался возбудитель заболевания?
Или другой пример. Лет двадцать назад, когда сам я еще учился, встреча с тяжелым случаем кру позной пневмонии (воспаление легких) считалась у врачей и студентов-медиков профессиональной «удачей». В наши дни крупозной пневмонии практически нет. Казалось бы, о чем здесь сожалеть? Разве не главная задача медицины — оградить человечество от тяжелых и опасных недугов? Стало их меньше — радуйся. Мы и радовались, и писали в отчетах, что вот-де, еще одним заболеванием в наши дни поубавилось. Но вот беда. Исчезнуть-то крупозная пневмония исчезла, а отдельные случаи ее все же регистрируются. И в этом случае и проявляется неведомое прежде медицине явление: никакими самыми современными методами такую пневмонию раньше чем за два-четыре месяца не вылечишь. Но ведь совсем недавно с ней справлялись за семь-десять дней! И это все, как говорят, на памяти одного поколения, еще и историей не стало! Загадка? Безусловно…
А сердечно-сосудистые заболевания?
