Учеръьёсы Сугона полностью

4. Установить, что финансирование расходов, связанных с реализацией настоящего Указа, осуществляется за счет средств, выделяемых из федерального бюджета на соответствующий год Министерству Национальной Идеи Российской Империи.

5. Правительству Российской Империи:

привести свои нормативные правовые акты в соответствие с настоящим Указом;

представить предложения о приведении нормативных правовых актов Императора России в соответствие с настоящим Указом;

обеспечить финансирование расходов, связанных с реализацией настоящего Указа.

6. Признать утратившими силу:

Указ Императора России от 14 марта 2015 г. N 271 "Об утверждении Положения о Министерстве Национальной Идеи" (Собрание законодательства Российской Империи, 2015, N 12, ст. 1033);

Указ Императора России от 16 марта 2013 г. N 276 "О главном военном эксперте при Министре Национальной Идеи Российской Империи";

Указ Императора России от 5 марта 2101 г. N 260 "Вопросы Министерства Национальной Идеи Российской Империи" (Собрание законодательства Российской Империи, 2101, N 11, ст. 1006);

Указ Императора России от 31 мая 2101 г. N 613 "О внесении изменений и дополнений в Положение о Министерстве Национальной Идеи Российской Империи, утвержденное Указом Императора от 14 марта 2105 г. N 271" (Собрание законодательства Российской Империи, 2101, N 23, ст. 2329);

Указ Императора от 27 апреля 2202 г. N 417 "О некоторых вопросах организации деятельности Министерства Национальной Идеи Российской Империи" (Собрание законодательства Российской Империи, 2202, N 18, ст. 1749);

Указ Президента Российской Империи от 16 сентября 2202 г. N 993 "О внесении изменений и дополнений в Положение о Министерстве Национальной Идеи Российской Империи" (Собрание законодательства Российской Империи, 2202, N 38, ст. 3584);

Указ Императора Российской Империи от 21 мая 2103 г. N 544 "О внесении изменения в Указ Императора России от 27 апреля 2102 г. N 417 "О некоторых вопросах организации деятельности Министерства Национальной Идеи Российской Империи" (Собрание законодательства Империи, 2103, N 21, ст. 1991).

7. Настоящий Указ вступает в силу со дня его подписания.

Император

Второй Российской Империи

И. И. Лукин

Москва, Кремль

11 июля 21115 года

N 865

Глава двенадцатая

Государю не так страшен бунт народный

Как изменник в окружении - гадина подколодная

… дзынь! Камень влетел в окно, едва не задев Ивана, и стекло осыпалось на пол кучкой блестящего битого хрусталя. Да это и есть хрусталь, подумал Иван досадливо: редкой работы окна, заказанные для Кремля Иваном, любившим смотреть на игру света, преломлявшегося в хрустальных окнах, привозили из самой Чехии. Покачав головой, Иван отошел чуть вглубь палаты, и, привстав на цыпочки, поглядел на улицу, не рискуя высовываться. Но самодержца все равно разглядели, и раздался страшный ор.

- Идолы мля на тираны! - заревела толпа.

- Пирожанки жрет пока мы мля на тута! - заверещал особенно высокий голос.

- С проституткай своей мля сука на! - надрывался голос, после чего толпа отвечала дружным:

- Ух-на, ух, ух!!!

Братцы, доколя мля на?! - верещал, по всей видимости, заводила.

- Доколя на мля будем страдать аки Христос в темнице Пилата под пятою проклятого, - верещал заводила.

- … Руйского самодержавия?! - верещал он.

- А-а-а-а-а-а-а, - поднимался над толпой сначала гул, а после и невероятной силы крик, от которого у Ивана на душе становилось темно, как в сумерках над Трущобино, когда-то.

Поморщившись от слова «руйские» - таким модным эвфемизмом принято стало называть тех, кого до крушения Путинской Многонационалии называли руssкими, а при правлении Ивана Ивановича Лукина просто русскими — самодержец кивком велел челяди прикрыть ставни. В потемневшем кабинете подошел к кучке хрустального стекла, постоял, задумчиво. Осколки мерцали, как диаманты и измарады, которые время от времени передавал с посольствами персидский шах-аятолла. Последнее посольство привело даже с собою слона, индийского, потешного — а ведь ученые считали, что на Индийском полуострове никаких больше слонов не осталось — и тот несколько лет жил в Ботаническом музее Москвы, пока не подхватил какой-то северный вирус и не помер. Да, холодная, негостеприимная страна, Россия... Пнув осколок, Иван вернулся к большому столу красного дерева. Сел, задумался. Гул с улицы из-за закрытых ставней уже не давил, а, напротив, помогал сосредоточиться, словно вдалеке где-то шумело море. Это и было море, море людское, и оно волновалось, понимал Иван.

Как понимал и то, что с этим морем следует что-то делать.