Б. И. Гаджиев – с письмом в Президиум Верховного Совета РСФСР. Это был смелый поступок, если учесть, что это письмо-заявление написано в 80-х годах прошлого столетия. В этом заявлении он описал подвиг партизана-дагестанца:
«Я не юрист, я рядовой учитель и не оправдываю действия Белякова. Но у меня сложилось о нем впечатление как о сильной личности. Он, как мне кажется, прямолинеен, не терпит кривоты, рубит с плеча правду. Те 10–12 часов совместного пребывания вселили веру в то, что Абдулхамин Беляков предан Родине и в трудный час, пусть это в далекой Греции, доказал это своими подвигами.
Мое письмо никого и ни к чему не обязывает, но хотелось бы, чтобы человека, запутавшегося на перепутье и не нашедшего правильный выход, еще и еще раз проверили бы, потому что он был не трус, не предатель, как, к сожалению, некоторые из нас».
Предо мной копия письма Булача Имадутдиновича в Президиум Верховного Совета РСФСР. К большому сожалению, дальнейшая судьба Абдулхамина Белякова не известна.
В конце письма К. Г. Макриди пишет: «Я отметил, что наш дорогой Булач обладал человеколюбием, справедливостью и смелостью. Об этом говорит смелое обращение в Президиум Верховного Совета РСФСР».
Константин Георгиевич говорит: «Большая часть моей жизни (67 лет) прошла в Дагестане – Махачкала, Буйнакск, Кайтагский район. Это счастливое время не вычеркнуть из моей жизни, как и образ дорогого Булача…»
Булач Имадутдинович дважды выступал по Центральному телевидению СССР, и, как отзывались комментаторы того времени, с большим успехом. Именно тогда его называли на Центральном телевидении дагестанским Андрониковым.
А сколько десяток лет он выступал по Дагестанскому телевидению! Его телевизионную передачу «В стране легенд и преданий» с нетерпением и большим интересом ждали телезрители. Какой огромный материал нужно было изучить и осмыслить, чтобы проводить эти передачи.
О тех, о ком Б. И. Гаджиев говорил и писал, кого нашел лишь на Буйнакском кладбище, он знал досконально все. Он побывал на их родине, беседовал с их потомками, искал о них материал в библиотеках и музеях по всей стране.
Он побывал на Украине, на родине друга Т. Г. Шевченко писателя и поэта А. А. Навруцкого, могила которого, к большому сожалению, не сохранилась на Буйнакском кладбище. Был он и на родине «отца дагестанских языков» К. К. Услара, в деревне Курова Тверской губернии. Побывал и в Рязанской губернии, в селе Костемирово, на родине И. С. Костемиревского, умершего в 1891 году в Темир-Хан – Шуре.
Не раз бывал он и в Москве, в доме академика Е. Е. Лансере, умершего в 1946 году. А в 1981 году Булач Имадутдинович посетил сына академика художеств, тоже Е. Е. Лансере, тоже художника. Он просидел за столом в этой семье несколько дней, пока досконально не изучил пять альбомов художника – о Дагестане и дагестанцах. В этих альбомах часто мелькала запись «Темир-Хан-Шура», встречались знакомые лица: имам Шамиль, Хаджи-Мурат, Тахо-Годи, «Девушка из Бекета», М.-М. Хизроев и т. д.
Неутомимый Булач побывал на родине И. Зильбершмидта, художников Г. Г. Гагарина, И. К. Айвазовского, М. Ю. Лермонтова, А. С. Пушкина, А. А. Бестужева-Марлинского, великого хирурга Н. И. Пирогова.
Нет города в Дагестане, а может быть, и в стране, в котором побывало столько знаменитых людей, сколько посетило Темир-Хан-Шуру – наш Буйнакск. Булач Имадутдинович сказал мне как-то с сожалением, что ему не удалось еще посетить родину Александра Дюма.
В школе Б. И. Гаджиев имел небольшую учебную нагрузку, как говорят учителя. По учебной нагрузке определяется зарплата. Он очень «нагружал» себя краеведческой работой. Об этом говорят более 400 походов, малых и больших.
И все это делалось, как говорят учителя, на общественных началах. Многие «трудные дети», а их было в кружке краеведов большинство, стали теперь замечательными людьми и занимают высокие посты.
Булач Имадутдинович очень любил пионерское лето. В это время, как говорится, он отдыхал полностью, отдыхала и семья. Отдыхать для него значило работать с детьми на лоне природы, ходить в походы, проводить интересные спортивные соревнования, конкурсы, ставить спектакли, одним словом, заниматься всем, кроме учебной работы.
Много лет подряд мне повезло работать летом в пионерских лагерях вместе с ним. В лагере, как правило, Булач Имадутдинович был со своей семьей: жена Алла Ивановна – верная спутница всей его жизни, сын и две дочери. Не только в пионерском лагере, но и во всех походах была вся семья. Еще совсем маленькими, часто на руках у старших, ходили дети в поход.
Булач Имадутдинович, любящий семью и детей, как отец понимал, что работа отнимает много времени, и старался летом уделить своим детям больше внимания. А коль жизнь его была одним большим походом, то он хотел быть в нем вместе с детьми.
