— А ничего, что завтра мне в универ, и второй парой у меня экономика? — скрестила я руки на груди.
Протянув мне бутылку, Горецкий сверкнул сногсшибательной ухмылкой.
— А что, препод — зверь?
Я закатила глаза.
— Да не то слово! Постоянно придирается и обещает завалить на экзамене.
Горецкий сделал глубокую затяжку.
— Спорим, этот ублюдок неровно к тебе дышит? — посмотрел он на меня сквозь дым.
Я пожала плечами.
— Он просто хочет затащить меня в постель и не особо скрывает это.
Усмехнувшись, Горецкий какое-то время курил, глядя куда-то вдаль.
— А разве не все первокурсницы мечтают о сексуальном преподе и о жестком трахе с ним? — отбросив тлеющий бычок, повернулся он ко мне.
Я с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза.
— Знаешь, я бы предпочла спокойно доучиться, получить красный диплом и сберечь пару тысяч лишних нервных клеток, — резко ответила я и отпила пива.
Хмыкнув, Горецкий облокотился локтями о перила и подставил лицо солнцу.
— Ты серьезно настроена на красный диплом, Аронова?
Я сжала бутылку в руке так сильно, то еще чуть-чуть, и она бы треснула.
Красный диплом был моей единственной возможностью избавиться от вездесущего контроля отца. Только представляя из себя что-то больше, чем просто дочь мэра, я могла попытаться сбежать и стать крутым специалистом, зарабатывающим хорошие деньги и не зависящим ни от кого кроме себя.
Но Горецкому знать всего этого не следовало.
Поэтому я просто посмотрела Руслану в глаза и ровно ответила:
— Да.
Мужчина кивнул, будто подтверждая собственные мысли.
— Я разговаривал с другими преподавателями, они пророчат тебе большое будущее, Веснушка.
Перехватив мой удивленный взгляд, Горецкий подмигнул.
— Я всегда знал, что мозги у моей невесты будут на месте.
Я со смехом покачала головой.
— И именно поэтому я порву с тобой, как только мы выйдем отсюда.
Горецкий изогнул бровь.
— Даже не исполнив супружеский долг?
На секунду задумавшись, я торжественно ответила:
— Когда ты будешь старым, я, так и быть, принесу тебе стакан воды!
— Лучше виски, — бросил на меня хитрый взгляд Горецкий. — И в униформе горничной.
Я протяжно вздохнула. Этот мужчина неисправим.
— Боюсь, ты уже будешь в том возрасте, когда тебя это никак не всколыхнет, — с наигранным сожалением пожала я плечами.
Серые глаза вспыхнули.
— Не беспокойся, милая, на тебя у меня встанет в любом возрасте и состоянии.
На свою беду я решила в этот момент глотнуть пива. И, конечно же, оно тут же пошло через нос.
— Я безумно польщена, — просипела я между судорожными приступами кашля.
Состроив обеспокоенное лицо, Горецкий притянул меня к себе и скользнул своими загребущими лопатами к моей попе.
К счастью, про нас вспомнили остальные, и Горецкий не успел продемонстрировать свои навыки искусственного дыхания.
— Эй, вы там, на берегу, гребите к нам! — прокричал Олег, размахивая пустым шампуром. — Пока Баха не сожрал весь шашлык!
Горецкий со стоном уткнулся мне в шею. А потом, пока я со смехом пыталась отпихнуть его, резко подхватил на руки.
И понес к столу.
Все присутствующие заулюкали и засвистели.
— Вот уж не думал, что когда-нибудь доживу до момента, когда наш Руслан будет носить кого-то на руках! — прослезился Баха.
Сергей, встав с места, освободил нам широкое плетеное кресло.
Горецкий, не выпуская меня из рук, медленно опустился на него и, поудобнее устроив меня на коленях, по-хозяйски обнял за талию.
Мне было неловко и смешно одновременно.
— Кричать «горько» не будем, а то вам дай только волю, — пробурчал Олег, ставя перед нами тарелки и бокалы.
Усмехнувшись, Горецкий уставился на мои губы.
Я сделала страшные глаза и больно ущипнула мужчину за плечо. Целоваться на глазах у всех я точно была не готова!
— А где ваши кольца? — накладывая себе мяса в тарелку, поинтересовался кудрявый «Аполлон», который до этого интересовался моими подругами. — Или у вас еще не было помолвки?
Мужская рука на моей талии потяжелела.
— Хороший вопрос, Игорь, — недобро усмехнулся Руслан, касаясь губами моего оголенного плеча.
Я взяла бокал с пивом и сделала жадный глоток. Солнце сегодня палило немилосердно.
— И, пожалуй, я сделаю то, что давно хотел, — выпрямившись, Горецкий полез свободной рукой в карман своих брюк.
Внутри всё оборвалось от нехороших предчувствий.
Блять, только не это…
— Виталина, ты станешь моей женой? — открыв крохотную замшевую коробочку, поднял на меня ясные глаза Горецкий.
И мне резко захотелось убить его прямо тут на месте.
Сглотнув, я перевела взгляд на голубое без единого облачка небо. И что мне, блин, ответить? Сказать «нет»? Так Горецкий ни за что не простит мне такого позора перед его друзьями. А если я скажу «да»?.. Тогда он точно не отстанет, требуя закрепить мое согласие в его постели…
И когда я уже решила ответить кокетливое «я подумаю», мой взгляд зацепился за высокого мужчину, медленно поднимающегося на террасу.
Еще один из друзей Горецкого?
Но когда наши глаза встретились, я четко поняла, что вот теперь-то я окончательно в ловушке.
— Виталина? — удивленно выдохнул мужчина, замирая на верхней ступеньке.
Я судорожно втянула воздух, чувствуя, как парализующий ужас обжигает внутренности.
