- Я не один из них, - серьёзно покачал головой почтальон. И, всмотревшись в лицо Эрикосна, воскликнул: - Ух ты! Это кто же вам такую штуку на лбу нарисовал?
- Один незнакомый художник, - отшутился Эриксон. - Его имя пока не известно широкой публике, но когда-нибудь...
- Понимаю, понимаю, - ощерился почтальон. Он достал из сумки два конверта и протянул Эриксону вместе с толстой потрёпанной тетрадкой: - Получите и вот тут распишитесь.
- Что это?
- Письма, - пожал плечами почтальон.
- А почему я должен расписываться?
- Потому что одно письмо из полиции, со штатсмаркой, за него полагается расписаться.
- Из полиции? - Эриксон почувствовал, как ноги его ослабели. - Но что им надо от меня? Я не имею ничего общего с полицией.
- Это не моё дело, господин Скуле, - отвечал почтальон, пытаясь всучить Эриксону тетрадь. - Там к обложке прицеплена ручка, будьте любезны, распишитесь, и я вручу вам письма.
- Послушайте, господин почтальон, я не могу получить эти письма. Дело в том, что они адресованы не...
Тут он заметил вечного обитателя лестницы - Йохана - и осёкся.
- Не могли бы вы зайти ко мне? - сказал он. - Я всё вам объясню. Так будет сподручней.
- Мне не нужны ваши объяснения, господин Скуле, - почтальон, кажется, потерял терпение. - Мне нужно вручить вам почту и получить вашу роспись. У меня ещё целая улица впереди, некогда мне слушать ваши объяснения.
- Прошу вас, господин почтальон, - взмолился Эриксон. - Я нахожусь в ужасном положении, вы должны зайти ко мне.
Наверное, лицо его выражало испуг и подспудную муку, потому что почтальон, задумчиво поглядев на него, пожал плечами и ступил в прихожую.
- Пройдёмте на кухню, - засуетился Эриксон. - Выпьем кофейку, и я вам быстренько всё обскажу.
- Некогда мне, - ещё сомневался почтальон, но Эриксон уже тянул его за рукав кителя.
Усадив служителя на табурет, он поставил на плиту чайник, опорожнил в кружки по пакетику растворимого кофе и уселся напротив гостя. Несколько минут они молчали; тишину нарушал только чайник, который сначала тихонько засопел, потом запыхтел чуть погромче, и наконец решительно засипел.
- Ну и атмосф
- А что такое? - Эриксон принюхался. - Ничего не чувствую.
- Ну, это вы уже притерпелись, видать. Или нос у вас заложен, - и почтальон поморщился. - Проветрите обязательно, господин Скуле.
- Хорошо, - кивнул Эриксон. - Я проветрю, конечно, несомненно. С утра надо было сделать это, но я забегался по делам и совсем... Послушайте, господин почтальон...
- Эвард Хельш меня зовут, - вставил почтальон. - Хельш, пишется через эс-ка, обратите внимание.
- Замечательно. Послушайте, господин Хельш... Какие хорошие у вас имя и фамилия!..
- Да самые обычные, - снова перебил письмоносец.
- Не скажите, - улыбнулся Эриксон. - Не скажите. Вот возьмите фамилию Скуле... Она не кажется вам отвратительной?
- Фамилия как фамилия, - дёрнул бровью Хельш. - Уж ничуть не хуже моей.
- Нет, - покачал головой Эриксон, - ужасно звучит - Скуле.
- Да нормально звучит, - почтальон потрепал Эриксона по плечу. Потом крякнул и достал из кармана маленькую плоскую фляжку. - Разбавим кофеёк? - весело подмигнул он.
Эриксон снял с огня закипевший чайник, разлил по кружкам кипяток. Почтальон плеснул по капле жидкости из своей фляжки. Запахло низкопробным коньяком или бренди.
- Ну вот, - улыбнулся Хельш, - так-то будет получше, небось, а?
- Да, - кивнул Эриксон, - конечно. Послушайте, господин Хельш, вы... вы меня знаете?
Почтальон, уже подносивший кружку к губам, вернул её на стол и удивлённо уставился на Эриксона.
- О чём это вы? - произнёс он настороженно.
- Ну, я хотел спросить, вы давно меня знаете?
- Да сколько живёте здесь, столько и знаю, - отвечал Хельш.
- То есть, вы точно знаете, что меня зовут Якоб Скуле?
- Ну-у... - смешался почтальон, - как вам сказать... Паспорта вашего я, признаться, не видел, но... Нет, наверное, не точно знаю. А почему вы спрашиваете?
- Это я к тому, - пояснил Эриксон, - что - а вдруг я никакой не Якоб Скуле? А?
- Но вы же Якоб Скуле? - растерялся Хельш.
- В том-то и дело, что нет, - прошептал Эриксон.
- Вот что, - произнёс почтальон после повисшего на несколько минут удушливого молчания, - я, пожалуй, пойду, господин Скуле. У меня ещё целая улица. Вы распишитесь вот тут, - он открыл тетрадь, ткнул ручкой в нужное место.
- Подождите, подождите, господин Хельш, - засуетился Эриксон. - Вы же кофе ещё даже не пригубили... Подождите... Я, может быть, не так спросил... может быть, слишком прямолинейно, в лоб...
- Мне идти надо, - почтальон нетерпеливо постучал ручкой по тетради. - Распишитесь, будьте любезны.
- Не могу! - почти закричал Эриксон. - Я не Якоб Скуле. Понимаете вы? Я-не-Ску-ле, - произнёс он по слогам.
- А кто же? - перешёл почтальон на шёпот.
- Я... я Витлав Эриксон, инженер в компании «Норвиг Бильдверке».
- Это не моё дело, - покачал головой Хельш. - Будьте вы хоть королём Густавом, а я обязан доставить вам почту и получить с вас роспись. Распишитесь.
