Во-первых, у Торвальда в ауре тоже был знакомый блок. Не активный, но если бы я надавил, та же порча, что сидела на Дануське Будрысайте и Рое Бойко, активизировалась бы и на нем. Не доверяют тебе, парень! И никому не доверяют, раз на всех наложили заклятье. А это верный признак того, что автор сего действа готовит нечто действительно серьезное и опасное, и все прочее – лишь цветочки. Он не просто попытается достигнуть своей цели. Он с легкостью пожертвует жизнями всех студентов, связанных с ним. Я же собирался спасти жизни девчонок и мальчишек. Хватит смертей!
Ну и второе… Невозможно прикрепить к человеку «поводок» так легко и быстро, и, самое главное, незаметно. Торвальд бы заметил мои пассы, как пить дать. Поэтому пришлось блефовать.
- Хочешь проверить, говорю ли я правду? – улыбнулся, принимаясь чистить ногти ножом. – Давай. Действуй.
Он охлопал себя по бокам. Провел кончиками пальцев по вискам. Еще раз проверил солнечное сплетение…
- Давай-давай. Не торопись! Времени у нас с тобой полно.
- Вы… задержите меня тут?
- А что? Ты куда-то торопишься?
- Д-да. У меня… занятие…
- Представь, у меня тоже, - настроение испортилось. Эх, поиграл бы я с тобой в «доброго и злого инквизитора», да времени нет!
- Тогда… м-может… он выразительно стрельнул взглядом в сторону двери.
- Беги. Но смотри! «Поводок» все еще на тебе. Попробуешь снять – я мигом почувствую!
Торвальд сорвался с места и исчез из аудитории прежде, чем я договорил. Ладно, пусть бежит. Кроме «поводка» есть и другие способы…
Выбравшись из полуподвала – замешкался потому, что торопливо собирал отобранные ранее пособия – неожиданно наткнулся на мэтра Вагнера. Старший преподаватель смерил меня вопросительным взглядом:
- Ну, как? Удачно все прошло?
- Вы о чем? Если вот об этом, - хлопнул рукой по оттопыривавшемуся карману, - то благодарю за…
- Нет. Ваша беседа со студентом Осбертом.
- Вы… откуда знаете?
- А кто, по-вашему, попросил студента сходить именно туда за…хм… кое-какими вещами?
- Так вы, - дошло до меня, - его туда отправили нарочно?
- Ну да. Как вы сами упоминали, от вас он успешно скрывается. Но на занятия, тем не менее, исправно ходит… хотя и не на все. А вам, как я понял, крайне важно было с ним побеседовать. Ну, а поскольку я – их куратор, на мои занятия он не может не приходить, то пришлось слегка… посодействовать. Так как все прошло?
- У-удачно, - меня поразил неожиданный союзник из числа коллег.
- Очень на это надеюсь.
Он сказал это таким тоном, что я сразу все понял.
- Вы… знаете, что происходит в Колледже?
Рихард Вагнер отвернулся, вперив взгляд куда-то вдаль.
- Догадываюсь, - процедил он. – Сама атмосфера… вы человек новый, хоть и были тут когда-то, но давно. С тех пор тут произошли… кое-какие перемены.
Я не сдержался и фыркнул. Да уж! Перемены. Новые факультеты и дополнительные курсы растут, как грибы после дождя, возводятся пристройки для занятий, принято на работу несколько новых преподавателей…
- Это не внешние перемены, - пояснил мою мысль Рихард Вагнер. – Вернее, не такие перемены, на которые обращают внимание. Несмотря на все вот это, Колледж остается таким, каким был десять лет назад. А мир изменился. И измениться должны мы все. Измениться, приспосабливаясь к новым условиям или… уходя в небытие, чтобы освободить место новому. Это закон природы, которому подчиняется все живое, даже боги. Но Колледж меняться не хочет. То есть, он… меняется, но не так. Эти перемены мне и не нравятся. Они…как болезнь, которая разъедает тело. Не всякий целитель справится. Иногда проще и дешевле сразу вызвать гробовщика.
- Этот гробовщик – я?
- Вы или любой другой инквизитор – сейчас не суть важно. Важно спасти то, что спасти еще можно… и уничтожить то, что спасти нельзя…
- Вы говорите, как целитель, а не как некромант! Осторожнее…
- Думаете, меня можно отдать под суд за ересь? Мастер Груви, если бы за слова действительно казнили, каждый второй попал бы на каторгу или эшафот. А остальным для профилактики отрезали бы языки – иначе можно совсем народа лишиться.
- Вы знаете, кто за всем этим стоит? – не дал я увлечь себя от темы.
- У меня есть кое-какие мысли, но… я не уверен. И нет доказательств.
- И все же?
- Не хочу наговаривать, - отговорился он. – Чаши весов должны оставаться в равновесии. Но желаю удачи!
На этой странной ноте мэтр Вагнер развернулся и зашагал к главному корпусу. Бежать за ним и требовать объяснений не входило в мои планы. Тем более, что, оставшись один, я по безлюдью и тишине догадался, что занятия уже идут. А значит, я опаздываю, и мои студенты наверняка успели разбежаться.
Торопясь, свернул на боковую лестницу, по которой подниматься на четвертый этаж было проще, и уже на третьем лестничном пролете, разлетевшись, наткнулся на спускавшихся навстречу студентов.
Они оцепенели.
- Как… мило, - перевел дух. – Вот уж не думал, что у вас такая тяга к знаниям! Встречать меня… благодарю. Идемте, молодые люди!
